Что выбрать амнистию или примирение сторон?

Содержание
  1. Прекращение уголовного дела за примирением сторон (ст. 25 УПК РФ)
  2. Кого и как в Казахстане освобождают от «уголовки»
  3. Амнистия и прощение: о разделительной полосе между этикой и политикой
  4. Как уравнять наказания за мошенничество
  5. Амнистия ― акт примирения или яблоко раздора для украинского общества?
  6. Может ли дознаватель прекратить дело до суда – Юридические подборки
  7. Почему это так важно? для начала разберемся, по каким причинам возможно прекращение уголовного дела
  8. Что касается нереабилитирующих оснований для прекращения уголовного дела , то это как правило может быть:
  9. Реабилитирующие основания прекращения уголовного дела это как правило:
  10. Прекращение уголовного дела по отсутствию состава или события преступления
  11. Прекращение уголовного дела и уголовного преследования по другим причинам
  12. Когда можно забрать заявление или прекратить уголовное дело по примирению сторон?
  13. Что означает примирение сторон?
  14. Когда возможно примирение сторон по уголовному делу?
  15. Как закрыть дело по примирению сторон?

Прекращение уголовного дела за примирением сторон (ст. 25 УПК РФ)

Что выбрать амнистию или примирение сторон?

Освобождение от уголовной ответственности является отказом государства от ее реализации в отношении лица, совершившего преступление, в частности от осуждения и наказания такого лица

Прекращение уголовного дела в связи с примирением сторон — наиболее распространенное основание освобождения от уголовной ответственности.

Данное основание является нереабилитирующим.

Законодатель установил исчерпывающий перечень необходимых для прекращения уголовного дела требований: привлечение лица к уголовной ответственности впервые; совершение лицом преступления небольшой или средней тяжести; обязательное примирение с потерпевшим; заглаживание причиненного потерпевшему вреда (возмещение материального или морального вреда, отсутствие претензий со стороны потерпевшего).

Если нет хотя бы одного из этих условий, то суд не может вынести постановление о прекращении уголовного дела, а значит, и не будет освобождения лица от уголовной ответственности.

Частью 2 Постановления Пленума Верховного суда РФ «О применении судами законодательства, регламентирующего основания и порядок освобождения от уголовной ответственности» от 27 июня 2013 года №19 определено, что впервые совершившим преступление следует считать, в частности, лицо:

а) совершившее одно или несколько преступлений (вне зависимости от квалификации их по одной статье, части статьи или нескольким статьям Уголовного кодекса РФ), ни за одно из которых оно ранее не было осуждено;

б) предыдущий приговор в отношении которого на момент совершения нового преступления не вступил в законную силу;

в) предыдущий приговор в отношении которого на момент совершения нового преступления вступил в законную силу, но ко времени его совершения имело место одно из обстоятельств, аннулирующих правовые последствия привлечения лица к уголовной ответственности (например, освобождение лица от отбывания наказания в связи с истечением сроков давности исполнения предыдущего обвинительного приговора, снятие или погашение судимости);

г) предыдущий приговор в отношении которого вступил в законную силу, но на момент судебного разбирательства устранена преступность деяния, за которое лицо было осуждено;

д) которое ранее было освобождено от уголовной ответственности.

Вместе с тем указание в ст.25 УПК РФ на то, что суд вправе, а не обязан прекратить уголовное дело, не предполагает возможности произвольного решения судом этого вопроса исключительно на основе своего усмотрения.

Рассматривая заявление потерпевшего о прекращении уголовного дела в связи с примирением сторон, орган или должностное лицо, осуществляющие уголовное судопроизводство, не просто констатируют наличие или отсутствие указанных в законе оснований для этого, а принимают соответствующее решение с учетом всей совокупности обстоятельств конкретного дела.

При принятии решения  надлежит всесторонне исследовать характер и степень общественной опасности содеянного, данные о личности подсудимого, иные обстоятельства дела (надлежащее ли лицо признано потерпевшим, его материальное положение, оказывалось ли давление на потерпевшего с целью примирения, какие действия были предприняты виновным для того, чтобы загладить причиненный преступлением вред, и т.д.). Принимая решение, следует оценить, соответствует ли оно целям и задачам защиты прав и законных интересов личности, общества и государства.

Конституционный Суд РФ в своем Определении от 21 июня 2011 г. N 860-О-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Зяблина Евгения Владимировича на нарушение его конституционных прав статьей 76 Уголовного кодекса Российской Федерации» указывает, что реализация положений ст.76 УК РФ и ст.

25 УПК РФ направлена на достижение конституционно значимых целей дифференциации уголовной ответственности и наказания, усиления их исправительного воздействия, предупреждения новых преступлений и тем самым защиты личности, общества и государства от преступных посягательств.

При этом также отмечается, что право уполномоченного органа или должностного лица, которое рассматривает заявление о прекращении уголовного дела, не означает произвольного разрешения данного вопроса, поскольку они не просто констатируют наличие или отсутствие указанных в законе оснований для этого, а принимают соответствующее решение с учетом всей совокупности обстоятельств, в том числе изменения степени общественной опасности деяния после заглаживания вреда.

Источник: https://pravo163.ru/prekrashhenie-ugolovnogo-dela-za-primireniem-storon-st-25-upk-rf/

Кого и как в Казахстане освобождают от «уголовки»

Что выбрать амнистию или примирение сторон?

Новый кодекс – новая жизнь. Мы узнали, по каким преступлениям в Казахстане можно избежать тюрьмы.

Уловки, используемые сильными мира сего, или (официально) нормы законодательства, дающие право на освобождение от уголовного преследования претерпели ряд изменений.

Так, например, новый Уголовный кодекс РК позволяет освобождать обвиняемого не только суду, но и прокурору, следователю или даже дознавателю.

Разобраться в тонкостях примирения сторон и освобождения от наказаний нам помог юрист Асхат Сатвалдинов.

Вкратце, как изменился Уголовный кодекс: значительно выросло число самих статей – с 422 до 467. При этом некоторые административные правонарушения перешли в уголовные, однако, для женщин и детей наказания максимально снизились.

А в каких случаях подследственный может рассчитывать на то, что его не будут сажать в тюрьму? Дела обстоят следующим образом.

«В настоящее время таким правом теперь обладает не только суд, но также прокурор, следователь и орган дознания (с согласия прокурора). Так, например, согласно ст.

36 УПК РК («Обстоятельства, позволяющие не осуществлять уголовное преследование») орган уголовного преследования, суд при наличии соответствующих обстоятельств в пределах своей компетенции вправе прекратить уголовное преследование с освобождением лица от уголовной ответственности в случаях, предусмотренных частью первой статьи 65 УК РК («Освобождение от уголовной ответственности в связи с деятельным раскаянием»), где предусматривается окончание досудебного расследования путем соглашения, статьями 66 УК РК («Освобождение от уголовной ответственности при превышении пределов необходимой обороны »), 67 УК РК («Освобождение от уголовной ответственности при выполнении условий процессуального соглашения»), частями второй, третьей статьи 68 УК РК («Освобождение от уголовной ответственности в связи с примирением»), частями первой, третьей статьи 83 УК РК («Освобождение несовершеннолетних от уголовной ответственности и наказания»)», – рассказал партнер юридической компании «Belford & Partners» Асхат Сатвалдинов.

Кроме того, при досрочном прекращении дела могут учитываться примечания следующих статей Уголовного кодекса (касающихся несения службы в формированиях вооруженных сил РК):

– ст. 441 («Самовольное оставление части или места службы»);

– ст. 442 («Дезертирство»);

– ст. 444 («Нарушение правил несения боевого дежурства»);

– ст. 445 («Нарушение правил охраны Государственной границы Республики Казахстан»);

– ст. 446 («Нарушение уставных правил несения караульной (вахтенной) службы»);

– ст. 447 («Нарушение уставных правил несения внутренней службы или патрулирования в гарнизоне»);

– ст. 448 («Нарушение правил несения контролерской службы»);

– ст. 453 («Халатное отношение к службе»).

«Суд в таких случаях вправе также постановить обвинительный приговор с освобождением от уголовной ответственности», – сообщил наш эксперт.

В тех же случаях, когда обвиняемый хочет завершить свое дело примирением с потерпевшими, ему в первую очередь надо позаботиться о возмещении ущерба. Но даже это не всегда возможно…

«Если рассматривать такое понятие как «примирение сторон» предусмотренное статьей 68 УК РК («Освобождение от уголовной ответственности в связи с примирением»), то освобождению от уголовной ответственности подлежит лицо, если оно примирилось с потерпевшим, заявителем, в том числе в порядке медиации, и загладило причиненный вред по преступлениям небольшой и средней тяжести, не связанное с причинением смерти, либо совершившее уголовный проступок.

Однако такое примирение невозможно, если лицо совершило преступления против половой неприкосновенности несовершеннолетних, за исключением случая совершения такого преступления лицом, не достигшим совершеннолетия, в отношении несовершеннолетнего в возрасте от четырнадцати до восемнадцати лет, преступления по неосторожности, повлекшие смерть человека либо смерть двух и более лиц, коррупционное преступление, террористическое преступление, экстремистское преступление, преступление, совершенное в составе преступной группы», – продолжил Сатвалдинов.

Здесь важно понимать, к какой степени тяжести можно отнести то или иное преступление.

«Преступлениями небольшой тяжести признаются умышленные деяния, за совершение которых максимальное наказание, предусмотренное настоящим Кодексом, не превышает 2 лет лишения свободы, а также неосторожные деяния, за совершение которых максимальное наказание, предусмотренное настоящим Кодексом, не превышает 5 лет лишения свободы.

Тогда как, преступлениями средней тяжести признаются умышленные деяния, за совершение которых максимальное наказание, предусмотренное настоящим Кодексом, не превышает пяти лет лишения свободы, а также неосторожные деяния, за совершение которых предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок свыше пяти лет.

В свою очередь, уголовным проступком признается совершенное виновно деяние (действие либо бездействие), не представляющее большой общественной опасности, причинившее незначительный вред либо создавшее угрозу причинения вреда личности, организации, обществу или государству, за совершение которого предусмотрено наказание в виде штрафа, исправительных работ, привлечения к общественным работам, ареста», – отметил Асхат Сатвалдинов.  

Кстати, если дело закрывается по ст. 68 УК РК («Освобождение от уголовной ответственности в связи с примирением»), естественно, никакой вины за обвиняемым не остается, наказание не назначается, итог – судимости у него нет!

«Между тем, в случае примирения с потерпевшим в порядке комментируемой статьи уголовного кодекса, он должен загладить вред сразу и именно это является одним из условий его примирения с потерпевшим и прекращения уголовного дела», – добавил юрист.

Все это хорошо, но, как сказал Сатвалдинов, при всем этом выбор остается за каждой из сторон, «и никакой суд, прокурор, следователь или дознаватель не имеет права ЗАСТАВИТЬ  потерпевшего завершить уголовное производство по его делу указанным способом».

Кстати, по всем признакам похоже, что освобождением из зала суда может завершиться скандальное дело с московским косметологом в Уральске. В марте после укола ботокса погибла жена местного чиновника, 39-летняя Айжан Жаканова. Женщина скончалась от анафилактичского шока. Впрочем, суд, если посчитает приемлемым, может назначить и условное наказание.  

Источник: https://www.ktk.kz/ru/blog/article/2016/06/20/70244/

Амнистия и прощение: о разделительной полосе между этикой и политикой

Что выбрать амнистию или примирение сторон?

От редакции: Конструктивные моменты политики памяти, создание идентичности и общего прошлого, оказываются в современном мире не только механикой примирения, но и механикой победы конкретных политических сил.

Барбара Кассен, ведущий французский исследователь политической риторики, показывает, в какой момент политические силы перестают бороться за овладение памятью нации и вырабатывают консенсус изобретения прошлого.

Общая почва диалога горит под ногами тех, кто счел, что политическая риторика уже у них в кармане.

How to turn human wrongs into human rights.
Анонимное граффито

Разделительная полоса и ералаш на ней

«Политика в том, чтобы в вечности оказаться свободным от ненависти к себе». Плутарх раскрывает здесь смысл закона Солона, запрещавшего говорить о мертвых плохо: это своего рода постановка на место всякой ненависти и злобы, а точнее говоря, регулирование ненависти посредством речи, соотносящейся, по ощущениям слушателей, не с этикой, а с политикой [1].

В фильме, который Андре ван Ин посвятил деятельности Комиссии правды и примирения [2], первым показано слушание Комиссии по делу об убийстве Беки. Комиссар Жасмен Соока председательствует.

Мать и вдова Беки свидетельствуют о том, что видели сами: расчлененное тело Беки, куски мяса, разбросанные по всему подвалу.

Вдова среди прочего говорит: «И как я могу простить это жестокое убийство?» Жасмен Соока отвечает так же спокойно, как всегда: «Эти люди, конечно, требуют себе амнистии; но вы не обязаны их прощать». Иначе говоря: вы можете их не прощать, но мы непременно их амнистируем.

Такое расхождение между амнистией и прощением, которое мы и рассмотрим, на мой взгляд, образует, уже в самой этой сцене, одну из замечательных особенностей работы Комиссии правды и примирения. Мы вступаем в самую сердцевину той проблематики, которую я и собираюсь исследовать: что именно разделило этику и политику?

Эта разделительная полоса, и этого нельзя не признать, внедрена в самую суть Комиссии законом о ее создании. В этом законе ничего не сказано о практике морального различения. Процитирую п. 52 из предисловия Десмонда Туту: «Мы не будем говорить, являются ли одни действия морально оправданными, а другие нет.

Пункты закона, связанные с грубым нарушением прав человека, не имеют дела с моральными различениями. Мы не говорим о моральности, мы говорим о законности. Грубое нарушение — это грубое нарушение, кто бы его ни совершил и какие бы причины за этим ни стояли. Все преступники (perpetrators) равны в глазах закона» [3].

С точки зрения закона нет различия между агентами апартеида и бойцами из АНС, потому что закон обращает внимание не на мораль, а только на законность.

https://www.youtube.com/watch?v=74IuDq0EWeE

Но такая ссылка морали далеко за пределы ссылок в законодательстве выдерживается на слишком небольшой выдержке. Мораль продолжает вторгаться в «Отчет» Комиссии, а вместе с моралью и религия. Комиссия и в своем подходе в делах, и в регламенте практической работы, и в практических выводах являет собой по большей части право-политико-этно-религиозный ералаш.

Во всем этом можно легко убедиться, читая Отчет: начиная с частого употребления таких выражений, как «политически и морально ответственный/причастный» применительно к «нарушителям» (Винни Мандела, Всеафриканский конгресс, ИФП), и кончая личностью самого Десмонда Туту, председателя Комиссии, англиканского архиепископа, который написал книгу под названием «Нет будущего без прощения» [4].

Ералаш налицо уже в самоопределении целей работы Комиссии.

«Первая и первоочередная задача Комиссии — рассмотреть моральные, политические и правовые последствия апартеида» (V, 6, 65), размах ввиду того, что долго придется «иметь дело с», «договариваться о терминах», «учитывать», «подводить итог» прошлому и истории Южной Африки.

Этот ералаш усиливается наличием, весьма малоуместным, в 9 гл. («Примирение») V т. «Отчета» параграфа, схематичного и дурно прописанного, под названием «Примирение без прощения».

В нем сказано, что «такая слабая и ограниченная форма примирения тем не менее должна считаться наиболее реалистической задачей, во всяком случае, на начальной стадии мирного процесса» (94). В параграфе кратко приводятся два свидетельства о примирении без извинений и прощения, оба относящихся к «насилию черных над черными», и далее говорится: «Все это уже можно считать обычным».

В конце этой главы подводятся итоги всего Отчета (150–151): «Примирение не обязательно подразумевает прощение, но подразумевает минимальную волю к сосуществованию и совместному урегулированию в мирном ключе различных последствий».

«Примирение означает, что все жители Южной Африки принимают на себя моральную и политическую ответственность за то, чтобы воспитывать культуру прав человека».

Я выделила не что иное, как постоянные колебания между разведением политического и морального плана и все новым появлением того же ералаша мысли.

Такое смешение жанров «в правовом отношении» неправомочно, потому что Комиссия «имеет дело не с моральностью, а с законностью». Следовательно, спусковым крючком этого мотива следует считать саму природу апартеида.

Действительно, апартеид — преступление против человечества (резолюция ООН, ноябрь 1973 года), и Комиссия просто воспроизводит принятое во всем мире отношение к этой проблеме (V, 6, 71).

А так как преступления против человечества, если вспомнить название труда Антуана Гарапона, повторяющее высказывание Ханны Арендт, это «преступления, которые не могут быть ни наказаны, ни прощены» [5], то прощение, в отличие от амнистии, — действие по определению незаконное и аморальное, причем в равной и взаимной мере.

Десмонд Туту говорит об «аморальности апартеида, который внес свой вклад в подрыв моральных ценностей» (Предисловие, 70). Объявив, что апартеид подлежит осуждению как «ересь» и как «грех», он переходит к доказательству того, что в реальности невозможно всегда сохранять разрыв между моральностью и законностью.

Поддерживая те формулировки этого разрыва, которые выдвинула Комиссия, он говорит после уже от своего имени: «Невозможно требовать от меня быть нейтральным. Ведь это была система, внутренне порочная» (злодейская, употреблено слово evil, а не wrong или bad. — Б.К.) (56).

Апартеид — это не только искажение, не только ошибка, приведшая к преступным действиям и правонарушениям; это зло не в том смысле, что оно разрушает отношения между людьми, которые стремились улучшить и исправить некоторые политики, такие как прежний президент Де Кларк, получивший Нобелевскую премию мира вместе с Нельсоном Манделой. Нет, это зло в самом прямом смысле. Мы оказываемся в области морали. Такова сама природа этого конкретного прошлого, что апартеид смешивает карты политики и морали на столе представляемой Комиссией законности и тем самым предельно сближает порядок амнистии и порядок прощения.

Но, на мой взгляд, в этом ералаше, тем не менее, есть одна политическая нить, которую я и буду разматывать. Вопреки тому, что часто приходится слышать, я убеждена, что разделение этики и политики, их строгое размежевание гораздо менее опасно, чем их смешение.

Даже понятие «справедливой войны» не столь сомнительно, пока оно не перерастает в этико-политическую формулу, так что этика превращается в простое алиби политики.

Например, достаточно сравнить осторожное употребление термина «справедливая война» в Отчете и знаменитую речь Буша 12 сентября 2001 года, чтобы встать на сторону размежевания этики и политики. Буш говорит: «Америка едина. Страны, приверженные свободе, на нашей стороне. Предстоит великая битва Добра со Злом. Но Добро победит.

Спасибо», — и через два дня добавляет: «Наш ответ будет сокрушительным, длительным и действенным» [6].

Совсем иначе звучит требование Комиссии судить участников «справедливой войны», вооруженных бойцов с апартеидом (с преступлением против человечества!): Комиссия повторяет определения Женевской Конвенции — «справедливая война предполагает оправданную цель, достигаемую оправданными средствами».

Само понятие «справедливости» здесь подчинено юридическому определению прав человека: «Справедливость войны не оправдывает тяжких нарушений прав человека, даже для достижения праведной цели», а «убийство — тягчайшее нарушение прав человека». (V, 6, 71; 83). С позиции Комиссии поэтому понятно, почему борцы за правое дело должны требовать амнистии или подлежать суду. Также понятно и с другой стороны, и насущно необходимо, что цель «ноль смертей» — вовсе не кокетство изощренных говорунов, но императив, в случае невыполнения которого война не может считаться справедливой.

Политика и этика очевидным образом соперничают друг с другом за одну и ту же конечную цель: «благую жизнь», как говорил Аристотель; но политика обеспечивает архитектуру этой жизни, тогда как этика имеет в виду только сам мир как общее достояние [7].

Я бы хотела вкратце обрисовать деятельность Комиссии, чтобы взглянуть на нее глазами греческих политиков, исходя из воззрений Аристотеля на политику; а если быть еще точнее, в русле развития греческой софистики, которая и нашла свою форму в «Политике» Аристотеля, и в удивительном или чудовищном виде — в диалогах Платона.

Именно в этой оптике, исходя из этой точки зрения, я вкратце напомню факты.

Инстанция (=момент) переговоров

Политическая ситуация оставляла слишком мало места для маневра после того, как в 1993 году «акты к исполнению до заката» (sunset clauses) в «постамбуле» к новой Конституции обязали будущий Парламент обеспечить «национальное примирение».

Вот как формулировалось требование (deal): «Как обеспечить по возможности мирный переход от репрессий к демократии»; иначе говоря, как избежать той «кровавой бани», которую предрекал весь мир? Необходимо прийти к решению путем переговоров, «чудо переговорного решения» (Предисловие, 22).

Переговорный процесс начинается с выбора момента для переговоров. Этот выбор, поскольку он произошел, неизбежно есть выбор политический. Он может оказаться политической ошибкой, но в любом случае этот момент уже выбран в политическом плане.

Момент в таком случае исключает возможность Нюрнберга: нет никакого «права победителя», потому что нет ни победителя, ни побежденного (там же, 21).

Иначе говоря, именно в этот момент выбора, и при выборе именно такого момента, одновременно и происходит выбор правосудия как реставрации.

Конкретнее, как поясняется в Отчете, как возможно провести первые демократические выборы на основе всеобщего ания, равно как и заседания Комиссии, как их возможно встроить в общественный порядок, если прямое следствие этих выборов и этих заседаний — судить и осудить силы правопорядка, которые только и дозволили проведение всего этого? «Несомненно, — говорит Туту, — что сотрудники органов безопасности попытаются сорвать переговорный процесс», если не будет предложена амнистия. Необходимость «иметь дело», необходимость «урегулирования путем переговоров» приводит к двойному шантажу: «за бороду того хватает, кто его за бороду таскает». Те, кто никогда не терпели поражения, требуют амнистии. Те, кто никогда не были победителями, не могут на это не пойти. Конечно, выбор момента может оказаться под угрозой, война может возобновиться, но пока все спокойно, и, главное, сами условия амнистии, прописанные в законе, на мой взгляд, политически гениальны.

Условия амнистии: другое поле для маневра

Условия амнистии определены законом от июля 1995 года, по которому и была создана Комиссия [8]. Прежде всего, произошел отказ от «амнистии списком» (blanket amnesty), амнистии всеобщей, безусловной, которой требовали как бывшие вершители апартеида, так и АНК.

Также не шло речи о персональной амнистии, даже если это выражение иногда употреблялось; на самом деле никогда не амнистировался индивид, но амнистировалось действие, действие за действие.

Как выразилась Тина Розерберг, цитируем по книге Чарльза Вилла-Виченцио [9], речь должна идти о «правосудии по кусочкам» (bit by bit). Это не всеобщая и не индивидуальная амнистия, но амнистия конкретной частности.

Это не ограничено планом работы Комиссии, но как раз определяет ее вклад в политику: не индивидуальное и не универсальное, но частное и конкретное.

Следует также заметить, что закон говорит (п. 20) о «действии, бездействии или преступном поведении». Бездействие, т.е.

не-предотвращение насилия, подлежит амнистии сразу; на рассмотрение остаются только преступное поведение и преступные действия.

Один из самых сильных выводов из этого закона: не может быть пассивных участников апартеида, тех, кто просто «оказался рядом», нельзя сослаться на то, что ты ничего не знал, тем более, в эпоху работы Комиссии.

Существуют следующие два условия амнистии за действия: 1) это было действие, бездействие или преступное поведение, «связанное с достижением политических целей (associated with a political objective) в ходе прошлых конфликтов» в период между 1 марта 1960 года и «окончательным сроком разрыва» (firm cut-off date) 10 мая 1994 года; 2) «кандидат на амнистию полностью признался во всех фактах своей деятельности».

Эти два условия подразумевают два противоположных мотива, по которым Комиссия может отказать в амнистии. Комиссия может счесть, что действие не было политически мотивированным.

И она же может решить, что кандидат на амнистию не во всем сознался.

Кажется, что это оставляет весьма малое поле для маневра, с учетом того что заранее предполагается общая амнистия, на которую может претендовать каждый. Но рассмотрим вопрос подробнее.

(1) «Связанное с достижением политических целей»

Источник: http://gefter.ru/archive/6260

Как уравнять наказания за мошенничество

Что выбрать амнистию или примирение сторон?

Приведение к общему знаменателю уголовного наказания вряд ли наилучший способ решения /З.Милявская

Президентский срок Дмитрия Медведева запомнился попытками гуманизации уголовного законодательства. Так, в 2012 г. произошла детализация ст. 159 УК: были выделены специальные составы мошенничества в зависимости от рода экономической деятельности, по ним были снижены уголовные санкции. В 2013 г.

эти спецсоставы были использованы для амнистии предпринимателей. Экономическая целесообразность таких решений связана со стремлением ограничить возможности правоохранительных органов для давления на бизнес.

Но возникающий при этом особый корпоративный правовой режим для предпринимателей входит в противоречие с принципом равенства перед законом.

Уже в декабре 2014 г. Конституционный суд (КС) в своем постановлении не нашел достаточных оснований в конструкции состава предпринимательского мошенничества, объясняющих с правовой точки зрения более мягкий режим уголовной ответственности.

Дело в том, что максимальная санкция за предпринимательское мошенничество ограничена пятью годами, тогда как за «обыкновенное» мошенничество судья может назначить вплоть до 10 лет лишения свободы. В итоге КС постановил за полгода «уравнять» ст. 159.

4 УК – о мошенничестве, связанном с преднамеренным неисполнением контрактов в предпринимательской сфере, – с общеуголовным мошенничеством по ст. 159. Если этого не будет сделано, в июне ст. 159.4 утратит силу.

Когда речь заходит об изменении санкций в УК, часто забывают о том, что их размер связан со многими другими уголовно-правовыми последствиями. Например, еще на стадии следствия от них зависят сроки давности привлечения к уголовной ответственности, порядок заключения под стражу.

Еще более важно, что увеличение максимального срока лишения свободы с 5 до 6 лет закрывает возможность прекратить дело за примирением сторон.

Сейчас примириться можно, если подсудимый совершил преступление небольшой или средней тяжести (срок максимального лишения свободы до пяти лет) впервые, возместил потерпевшему ущерб, а потерпевший согласен на примирение.

В случае ненасильственных имущественных преступлений европейские исследователи-криминологи признают, что примирение сторон – оптимальный судебный исход. Как с этим обстоит дело в России? Анализ судебных решений по всем уголовным делам о мошенничествах, рассмотренным судами общей юрисдикции в 2009–2013 гг.

, показывает, что по общеуголовному мошенничеству там, где закон это позволяет (ч. 1–2 ст. 159), доля примирившихся составляла около 20%, оправданных – 0,2%. По квалифицированным составам мошенничества (ч. 3 и 4 ст.

159) с максимальным лишением свободы в 6 и 10 лет, по которым подсудимые не имеют возможности примириться, доля оправданных равна 1,6 и 3,3% соответственно. В условиях крайне малой доли оправдательных приговоров примирение сторон – главная альтернатива осуждению.

Она устраивает все стороны процесса, так что, если закон делает примирение невозможным, это существенно смещает работу уголовной юстиции в репрессивную сторону.

Приведение к общему знаменателю уголовного наказания вряд ли наилучший способ решения.

В Германии за обычное мошенничество максимальное лишение свободы – пять лет, а в случае отягчающих обстоятельств (организованная группа, использование должностного положения, доведение потерпевшего до экономической нужды) – 10 лет (§263 StGB).

Основываясь на равенстве граждан перед законом, немецкое уголовное право допускает меньшие сроки наказания за специальные виды мошенничеств, хотя и конструирует их более тщательно, чем российский законодатель (§263а–266b StGB).

Классический тезис экономиста и криминолога Гэри Беккера состоит в том, что наказание за преступление не должно превышать ущерб общества от него. С помощью уголовной политики государство может ужесточать наказания, а оптимизацией работы полиции и следствия – их неотвратимость.

В такой модели снижение уровня преступности после увеличения наказания, скажем, вдвое равнозначно эффекту от кратного повышения неотвратимости наказания.

Дискуссия о том, как лучше снижать уровень преступности – увеличением санкций или повышением неотвратимости наказания, – началась еще в эпоху Просвещения (Чезаре Беккариа) и продолжается до сих пор. У нас чаще всего выбирается вариант увеличения санкций.

Современные эмпирические и экспериментальные исследования показывают, что в борьбе с преступностью гораздо более эффективно увеличение неотвратимости наказания. Группа канадских исследователей в 1999 г.

пришла к выводу, что увеличение сроков тюремного заключения повышает вероятность рецидивов (Paul Gendreau, Francis T. Cullen, Claire Goggin. The effects of prison sentences on recidivism, 1999). Следует настороженно относиться к идее, что увеличение санкций улучшит криминальную обстановку в стране при сохранении качества работы полиции и следствия, показывают они.

В ситуации недобросовестного поведения при исполнении контрактов в предпринимательской сфере потерпевшими выступают такие же предприниматели.

Они участвуют в предпринимательской деятельности на свой страх и риск, им доступны легальные средства более осторожного подхода к выбору контрагентов, они могут страховать свои риски или сводить их к минимуму, не заключая сомнительных сделок.

Возможно, юридическая конструкция состава требует законодательного уточнения или толкования Верховного суда, но из этого не следует, что максимальная санкция по этому преступлению должна быть поднята.

Сейчас у законодателя есть несколько способов «уравнять» предпринимательское и общеуголовное мошенничество. Первый – увеличить санкцию по ст. 159.4. Второй – прийти к некоторому среднему между максимальными санкциями по ст. 159 и ст. 159.4.

Третий – уточнить элементы состава предпринимательского мошенничества, например указав на особый круг потерпевших – «хозяйствующие субъекты» (предприниматели и госорганы в части госзакупок). Чтобы принять ответственное решение, не наносящее вред экономике и не ставящее под вопрос равенство перед законом, необходимо дальнейшее обсуждение.

Похоже, власти склоняются к увеличению санкций, но заранее понятно, что это наихудший вариант.

Авторы – научный сотрудник Института проблем правоприменения при Европейском университете в Санкт-Петербурге; младший научный сотрудник

Источник: https://www.vedomosti.ru/opinion/articles/2015/04/23/kak-uravnyat-nakazaniya-za-moshennichestvo

Амнистия ― акт примирения или яблоко раздора для украинского общества?

Что выбрать амнистию или примирение сторон?

Пункт 5 «Комплекса мер по выполнению Минских соглашений», документа, который обязалась выполнять в том числе и Украина, чтобы прекратить вооруженный конфликт на Донбассе, гласит: «Обеспечить помилование и амнистию путем введения в силу закона, запрещающего преследование и наказание лиц в связи с событиями, имевшими место в отдельных районах Донецкой и Луганской областей Украины». Это следует и из пункта 5 статьи 6 Дополнительного протокола II кЖеневским конвенциям, ратифицированного ВР: «Во время прекращения военных действий органы, находящиеся у власти, стремятся предоставить как можно более широкую амнистию лицам, участвовавшим в вооруженном конфликте, и лицам, лишенным свободы по причинам, связанным с вооруженным конфликтом…».

По мнению «нормандской четверки», акт национального примирения может стать компромиссным политическим ходом и залогом успешного выполнения всего комплекса мер по дипломатическому урегулированию вооруженного конфликта на Востоке Украины.

Но, хотя прошло уже больше года со дня подписания «Минска-2», этого не произошло. Продолжаются бесконечные дискуссии в обществе и между различными политическими группами ― надо или не надо амнистировать участников противостояния на Донбассе.

Некоторые политики увязывают амнистию с предварительным проведением выборов на неподконтрольных Киеву территориях.

В частности, представитель Украины в политической подгруппе Трехсторонней контактной группы по урегулированию ситуации на Востоке Украины Ольга Айвазовская заявила, что «закон об амнистии будет подписан тогда, когда на оккупированных территориях пройдут демократические выборы и они будут признаны».

Чтобы понять значение амнистии участников противостояния, следует разобраться, что же означает амнистия.

Амнистия в переводе с древнегреческого ― забвение, прощение, то есть актпрощения и забвения предыдущей вины амнистированного.

В классическом понимании, это прежде всего социально-моральная, а не правовая мера, смысл которой заключается в полном или частичном освобождении от наказания, замене санкции на более мягкую или прекращении уголовного преследования виновных лиц и которая применяется по решению уполномоченного органа государственной власти либо суда.

От помилования амнистию отличает то, что по форме применения она идет вразрез с общепринятым правовым принципом индивидуализации уголовной ответственности и распространяется на определенные солидарные категории и группы лиц, совершивших противоправные деяния без отягчающих обстоятельств.

Мировая практика прекращения вооруженных конфликтов показывает, что без такого «акта милосердия» невозможно было бы добиться подлинного и долгосрочного примирения конфликтующих сторон. Так было в Ливане и в Северной Ирландии, в странах бывшей Югославии, где благодаря этому стало возможным общенациональное и межгосударственное согласие.

После войны в бывшей Югославии и завершения балканских этнических войн проблемой ответственности за военные преступления занимался специально созданный Международный трибунал по бывшейЮгославии (Гаагский суд), который, исходя из собранных имеющихся доказательств неопровержимой вины всех участников трагических событий на основе норм Римского статута, определил, кто подлежит осуждению за совершенные преступления и геноцид, а кто подпадает под действие амнистии. По завершении расследования тысячи бойцов национальных добровольческих формирований и их командиров с противоположных сторон конфликта, а также военнослужащих Югославской армии судами местной юрисдикции были амнистированы, им была предоставлена возможность вернуться к мирной жизни и даже служить в правоохранительных органах, вооруженных силах своих вновь созданных стран. Но одиозные политические деятели, лидеры этих созданных государств, пришедшие к власти различными нелегитимными путями и запятнавшие себя организацией и непосредственным руководством осуществлением этнических чисток, массовых кровавых убийств, акций геноцида и преступлений против человечества (таких фигурантов насчитывается более 150 человек. ― Авт.), Гаагским международным судом были привлечены к уголовной ответственности. При этом одновременно некоторые активные участники локальных войн, осужденные ранее по приговору этого же суда, были помилованы.

Следует подчеркнуть, что международным судом были приговорены к длительными срокам лишения свободы в основном «ястребы войны» ― практически все политические руководители на уровне президентов и премьер-министров противоборствующих сторон вновь провозглашенных  территориальных образований бывшей Югославии.

Нечто похожее сегодня может произойти и в Украине, если международное сообщество в лице ООН и других гуманитарных организаций всерьез озаботится соблюдением конституционных прав человека и гражданина на Донбассе, в зоне АТО (по степени применения огневых средств, численности контингента войск и мощности вооружений антитеррористической операцией ее назвать трудно. ― Авт.), и объективно расследует гибель более 10 тыс. человек и ранения свыше 21 тыс. граждан Украины. За эти и другие преступления организаторы бойни по обе стороны противостояния очевидно должны понести соответствующее наказание. Югославский вариант выхода из вооруженного противостояния свидетельствует о том, что это возможно, главное, чтобы была бы на то воля международного сообщества.

Таким образом, действие амнистии должно будет распространяться не только на «незапятнанных» боевиков ЛНР, ДНР и их командиров, но и на военнослужащих ВСУ и других воинских формирований, а также бойцов «добробатов» и зарубежных наемников, которые «не прославили» себя зверствами в отношении мирного населения и военнопленных, о чем не раз писали отечественные и зарубежные СМИ.

От того, насколько будет при этом соблюдена справедливость, зависит в значительной степени дальнейшее выполнение Минских соглашений и равноправное сосуществование Донбасса в общей системе украинской государственности.

Об этом должны помнить все участники переговорного процесса в рамках «Минска-2», и в первую очередь украинские политики должны понимать важность достижения морального компромисса в деле примирения своих сограждан. И тогда амнистия сможет стать не яблоком раздора, а фактором объединения украинского общества. 

Источник: http://vybor.ua/article/Spravedlivyj_sud/amnistiya-akt-primireniya-ili-yabloko-razdora-dlya-ukrainskogo-obshchestva.html

Может ли дознаватель прекратить дело до суда – Юридические подборки

Что выбрать амнистию или примирение сторон?

Прекратить уголовное дело вполне реально, хотя, конечно же, не всегда. И если вы хотите, чтобы дело было прекращено , вам стоит обратиться к адвокату сразу же, как только преступление произошло (если вы, конечно же, совершили это преступление). 

Почему это так важно? для начала разберемся, по каким причинам возможно прекращение уголовного дела

Основания прекращения уголовного дела делятся на реабилитирующие и не реабилитирующие . Если объяснять понятным языком, то дело может быть прекращено как в случае доказанности так и не доказанности совершенного преступления. 

Что касается нереабилитирующих оснований для прекращения уголовного дела , то это как правило может быть:

  1. Примирение сторон.
  2. Амнистия
  3. Деятельное раскаяние
  4. Истечение сроков давности привлечения к уголовной ответственности

Реабилитирующие основания прекращения уголовного дела это как правило:

  1. Отсутствие события преступления.
  2. Отсутствие состава преступления.

Итак, основания для прекращения дела вы изучили. Как видите, одним из них является деятельное раскаяние.

Что это значит? Это значит, что, если вы совершили преступление средней или небольшой тяжести, и если преступление было совершено впервые, то вполне возможно прекращение уголовного дела.

Но деятельным раскаяние является при таких условиях: вы пришли с повинной сами, вы активно содействовали раскрытию преступления и вы полностью загладили свою вину (возместили ущерб пострадавшему). В таких случаях следователь может прекратить дело – не без содействия уголовного адвоката, конечно же.

Основания прекращения уголовного дела включают в себя и такой пункт, как примирение сторон. В таком случае прекратить уголовное дело возможно, если совершенное преступление – средней или небольшой тяжести. И если, конечно, потерпевшие согласны на примирение (например, при компенсации ущерба).

Стоит отметить, что эти основания прекращения уголовного дела являются самыми «нелюбимыми» у следователей, так как снижается процент раскрываемости преступлений. Что же, у каждого свои проблемы.

Основной сложностью прекращения уголовных дел по данным основаниям является то , что прекращение дел в данном случае является правом , а не обязанностью как следователя, дознавателя с согласия прокурора , так и суда.

Моя задача, как адвоката – способствовать прекращению уголовного дела, нравится это следователю или нет. 

Прекращение уголовного дела по отсутствию состава или события преступления

Прекращение уголовного дела возможно при отсутствии состава или события преступления.

Что значит «отсутствие состава преступления»? Состав преступления – это совокупность признаков, таких, как объект преступления, субъект преступления, объективная и субъективная стороны преступления.

Отсутствие состава преступления возможно доказать, если преступление совершил невменяемый человек – в данном случае отсутствует субъект преступления (невменяемый человек не может быть осужден). Другой вариант – отсутствие объекта преступления.

Например, дело об изнасиловании, в котором потерпевшая, оказывается, и не такая уж потерпевшая (о чем говорит медицинская экспертиза или даже сама потерпевшая, которую написать заявление заставили родители). Или, к примеру, обвинение в неуплате налогов на автомобиль.

Да, действительно, обвиняемый не платил налоги на авто. По той простой причине, что автомобиля у него нет. То есть, отсутствие состава преступления – это отсутствие хотя бы одного из его признаков.

Работа адвоката в данном случае заключается в том, чтобы найти отсутствие такого признака.

Что же касается отсутствия события преступления, то здесь и так все понятно. Нет события – нет преступления. Например, поступило заявление об угоне машины. А потом потерпевший вспомнил, что просто оставил ее в каком-то месте, так как был пьян. С точки зрения адвоката и подозреваемого не такая уж и смешная ситуация.

Прекращение уголовного дела по данным основаниям являются еще более проблемными для следователя чем прекращение за примирением или деятельным раскаянием , поскольку в данном случае человек считается незаконно привлеченным к уголовной ответственности и имеет право на реабилитацию, кроме того в случае прекращения дела по данным основаниям следователь в большинстве случаев привлекается к дисциплинарной ответственности и лишается ряда премий и надбавок в зарплате. 

Прекращение уголовного дела и уголовного преследования по другим причинам

Прекращение уголовного дела и уголовного преследования возможно и по другим причинам – по амнистии, при наличии доказательств непричастности подозреваемого к совершению преступления и так далее.

В любом случае, прекращение уголовного дела и уголовного преследования – основная цель работы адвоката.

И во многих случаях вполне возможно не довести дело до суда, в прекратить его, полностью освободив клиента от всяких подозрений и обвинений.

На самом деле прекращение уголовного дела – сложная работа. По сути, это собственное расследование, которое проводится адвокатом параллельно со следователем.

И надеяться на помощь следователя, точнее, на сотрудничество, приходится редко – разные цели. У следователя цель – побыстрее закончить дело и направить в суд.

У адвоката – прекращение уголовного дела и уголовного преследования его клиента.

Таким образом, прекращение уголовного дела и уголовного преследования – это вполне реально.

Здесь я лишь вкратце рассказал о механизмах прекращения уголовного дела, но на самом деле работа эта намного сложнее, чем может показаться на первый взгляд.

И нужен большой опыт, знания, терпение и внимательность, чтобы не упустить тот аспект, который, возможно, станет спасительным.

Нужно сказать, что у меня, как у опытного адвоката по уголовным делам , есть немало возможностей для расследования. Нахождение и опрос свидетелей, проведение независимых экспертиз, изучение материалов дела, нахождение доказательств – это далеко не все, что приходится выполнять адвокату. Да, работа сложная. Но результат ведь стоит затраченных усилий, не так ли?

Источник: https://luxadvokat.ru/statii/prekratit-ugolovnoe-delo.html

Когда можно забрать заявление или прекратить уголовное дело по примирению сторон?

Прекратить уголовное дело могут по нескольким основаниям, одно из них — примирение сторон.

Заявить об этом может только потерпевшая сторона. Как закрыть уголовное производство по примирению сторон, читайте далее.

Что означает примирение сторон?

Не стоит понимать этот термин буквально. Примирение сторон в уголовном процессе не значит, что пострадавший простил своего обидчика, не держит на него зла и забыл о преступлении.

Подсудимый всего лишь возмещает причиненный ущерб или компенсирует вред, а пострадавший больше не имеет претензий. Только в этом случае считается, что стороны примирились.

Примирение сторон — это отсутствие претензий к обидчику после того, как он загладил свою вину.

Когда возможно примирение сторон по уголовному делу?

Обязательные условия указаны в ст. 76 УК РФ:

  1. гражданин совершил преступление впервые;
  2. противоправное деяние относится к небольшой или средней тяжести;
  3. обвиняемый примирился с пострадавшим и возместил ущерб.

Гражданин считается совершившим преступление впервые, если:

  • не привлекался к уголовной ответственности;
  • вынесенный ранее приговор не вступил в силу;
  • истек срок давности по предыдущему преступлению;
  • судимость была снята или погашена;
  • совершенное им деяние больше не наказуемо в связи с изменениями в законе;
  • был освобожден от уголовной ответственности.

Ущерб компенсируется в натуре или деньгами.

Под заглаживанием вреда понимают выплату денежной компенсации, в том числе морального вреда, оказание помощи пострадавшему, принесение извинений, принятие других мер для восстановления интересов жертвы преступления.

Способы возмещения ущерба и заглаживания вреда должны быть законными и не ущемлять права третьих лиц.

Как закрыть дело по примирению сторон?

Если дело еще не дошло до суда, то принять решение о его прекращении могут следователь или дознаватель. При это необходимо согласие руководителя следственного управления или прокурора. Главное — подать заявление должен сам пострадавший или его представитель.

Примириться стороны могут в любое время — во время следствия или судебного процесса.

Если уголовное дело уже передано в суд, нужно пройти пошаговую процедуру:

  1. договориться о примирении и сумме компенсации;
  2. дождаться возмещения ущерба от обвиняемого;
  3. подать ходатайство о примирении сторон.

Суд рассмотрит ваше ходатайство и спросит мнение иных участников процесса. Обвиняемому также придется написать заявление, что он согласен с прекращением уголовного дела за примирением сторон.

Источник: https://sudinformation.com/mozhet-li-doznavatel-prekratit-delo-do-suda/

Всё о кредитах
Добавить комментарий