К маме подселили соседей и они пытаются ее выгнать из дома

Шесть тактических приемов, которые помогут победить в битве с соседями

К маме подселили соседей и они пытаются ее выгнать из дома

Согласно статье 30 Жилищного кодекса, жители многоквартирного дома должны содержать в чистоте его общее имущество, а в соответствии с “Правилами пользования жилыми помещениями” они обязаны соблюдать права соседей, санитарно-гигиенические и экологические нормы и правила, объясняет эксперт. Если и это не помогло, придется обратиться в прокуратуру.

Битва за гигиену

Настоящей бедой для жильцов дома могут стать рьяные любители домашних животных. Особенно тяжело в данном случае “бороться” со старенькими бабушками, которые подчас заводят в маленькой квартире по 15 питомцев.

Сразу нужно оговориться, что законодательно не установлено ограничение по максимальному количеству животных, которых можно содержать в жилом помещении, предупреждает Сухов.

Поэтому претензии в основном возникают из-за неприятного запаха, постоянной грязи в подъезде, шумного лаянья и мяуканья.


Как избавиться от неприятных запахов в квартире >>>

В первую очередь необходимо обратиться с жалобой в жилищно-эксплуатационную организацию по месту жительства, в управляющую компанию, ТСЖ, жилищную инспекцию, инструктирует адвокат. Именно эти организации должны следить за тем, как выполняются правила по содержанию домашних животных.

Не лишним будет обратиться и к участковому для проведения проверки и составления протокола, добавляет Сухов. По закону, владельцы животных обязаны соблюдать правила общежития в местах общего пользования, добавляет Литинецкая.

Кроме того она замечает, что запрещается держать кошек и собак на балконах, лоджиях и чердаках, а также выгуливать собак без намордников на территории детских и спортивных площадок.


Битва с автолюбителями

Соседские распри могут выходить за границы дома и переноситься во двор. Особые претензии предъявляются к автовладельцам, которые любят помыть автомобиль или же поковыряться в нем прямо под окнами дома или же “картинно погазовать”, хвастаясь перед друзьями мощью двигателя.

Эксперты в один голос заявляют, что мойка, ремонт автомобилей, слив масел, бензина, а также стоянка автомобиля с включенным двигателем запрещены законом. За подобные правонарушения автовладельцу грозит административное наказание в виде штрафа от одной до пяти тысяч рублей.

Чтобы привлечь такого автовладельца к ответственности, Зятнин рекомендует сделать фото- или видеозапись нарушения, вызвать наряд полиции для составления протокола о совершении административного правонарушения. 

Как благоустроить двор многоэтажки. Фотолента >>>


Битва за парковку
Настоящим яблоком раздора соседей уже не одного подъезда, но и всего дома и даже соседних домов, является битва за парковочное место. Многие люди захватывают место под свой автомобиль, огораживая его цепью.

Другие же могут испортить автомобиль соседа, который занял их место. И то, и другое незаконно.   По закону, если место не куплено и не арендовано, то им может пользоваться любой автолюбитель, подчеркивает Ламин.

Огораживание же земельных участков попадает под статью 7.

1 Кодекса РФ об административных правонарушениях “Незаконное занятие земельного участка”, напоминает Литинецкая.

Поэтому, если соседи огородили себе столбиками место для парковки, смело можно фотографировать номера припаркованной на данном участке машины, а далее подать жалобу в префектуру округа или управу района с указанием контактных данных. К заявлению следует приложить фотографии.

“Вашему заявлению обязаны присвоить порядковый номер и передать на рассмотрение в государственное казенное учреждение инженерных служб района, которое отвечает за содержание дворовых территорий”, — поясняет собеседница агентства.

Кроме того, можно также обратиться в УВД района, написать заявление в экологическую полицию. В данном случае автовладельцу-нарушителю грозит штраф в размере от пяти до десяти минимальных размеров оплаты труда (МРОТ).

Битва за территорию

Случается и так, что соседи захватывают часть подъездной территории, например, огораживают часть лестничной клетки под велосипед или коляску, а то и вовсе перекрывают пространство под лестницей или какие-то ниши в подъезде.

А иные собственники просто решают, что в общем подъездом коридоре у них будет кладовая, куда можно будет выносить весь крупногабаритный хлам и даже хранить скутер. В этой ситуации помочь может только общее собрание жильцов дома.

Дело в том, что все имущество многоквартирного дома находится в совместной собственности его владельцев, поясняет Сухов. Без согласия других жителей, принятого на общем собрании, осуществлять какие-либо действия по распоряжению общим имуществом неправомерно, добавляет адвокат.

А любителям скутеров и мотоциклов можно отдельно объяснить, что хранение скутера на лестничной площадке нарушает правила пожарной безопасности, за несоблюдение которых на виновника может быть наложено серьезное административное наказание, указывает эксперт. 

Источник: https://realty.ria.ru/20130719/400925682.html

«Нас с дочкой выселяют на улицу». Минчанка купила квартиру, а спустя время ее «отобрал» позапрошлый владелец – Недвижимость Onliner

К маме подселили соседей и они пытаются ее выгнать из дома

У риелторов есть железный аргумент, который они любят припоминать людям, попавшим в сложную ситуацию с недвижимостью: если бы покупка или продажа осуществлялась через агентство, то сделка была бы чиста и прозрачна.

Минчанка Алеся так и поступила, купив квартиру с помощью риелтора, однако это не спасло ее от одновременной потери и купленной квартиры, и денег.

Ее ждал сюрприз: объявился не прошлый владелец квартиры и даже не позапрошлый, а его дочь с требованием вернуть жилье.

Алеся — мать 7-летней девочки. До злополучной покупки она долгое время жила с мужем в квартире в Шабанах. Как только на свет появилась дочка, семья начала копить на расширение площади — чтобы у ребенка была отдельная комната. В прошлом году семейный капитал наконец позволил потратиться на жилье. Было решено продать старую квартиру и купить новую. «Однушку» продали за $48 тыс.

— Начали подыскивать себе двухкомнатную квартиру. Главное условие покупки — отсутствие ремонта, шаговая доступность школы и поликлиники, так как ребенка укачивает в транспорте и далеко ездить нет возможности.

Новое жилье выбиралось долго и тщательно: варианты находились не те, что надо. Однажды на глаза Алесе попалось объявление о продаже «двушки» на проспекте Газеты «Звязда». Квартира продавалась через агентство.

— Мы с супругом приехали на просмотр квартиры, нас все устроило, близкие тоже одобрили. Оформлять квартиру при покупке решили на маму, ведь основная сумма денег была у нее. Да и родители боялись оформлять жилье на меня: я дважды подавала на развод, и в случае окончательного распада семьи супруг мог бы выразить претензии на квартиру…

В июне прошлого года мама Алеси заключила договор с прошлым владельцем — Анастасией. «Обновка» обошлась в $60 тыс.

— На тот момент в квартире никто не был зарегистрирован, лицевой счет был чист. Жилье было подготовлено к продаже риелторами. Мы поехали в РСЦ, переоформили квартиру на маму. Почти сразу мама оформила договор дарения на меня.

Первая тревожная весточка поступила от соседей при случайном разговоре. Они поспешили предупредить: по квартире были судебные тяжбы. Алеся заволновалась и, чтобы успокоить душу, на следующий день поехала в агентство.

— Выяснилось, что до нашей сделки был судебный процесс. Анастасия требовала снятия с регистрационного учета дочери предыдущего владельца — Анатолия.

До сделки агент об этом обстоятельстве умолчал, но после требования разъяснений переслал Алесе на почту решение городского суда. В нем значится, что Анастасия является собственником квартиры, а прошлый владелец и его дочь сняты с учета.

— Прочитав решение, я успокоилась. Квартиру мы купили абсолютно законно у собственника, и в ней никто не был прописан.

Ничто не предвещало беды. Деньги законно переданы прошлому владельцу, квартира законно куплена и оформлена, риелторы довольны заработком. Семья принялась делать ремонт, выделив на это $15 тыс.

— Залили стяжку по всей квартире, положили плитку, ламинат, поставили везде стеклопакеты, выровняли стены, заменили всю электрику, сантехнику, купили встроенную кухню, поставили встроенные шкафы, натянули потолки.

По словам Алеси, первоначально квартира была в ужасном состоянии: отсутствие ремонта, неприятный запах, на стенах трещины, ржавые трубы. Но этот «чистый лист» ее устраивал: в голове давно сидел образ новой квартиры по своему вкусу и разумению.

В декабре 2015 года Алеся внезапно получает повестку в суд и письмо с информацией: квартира арестована. Начались бесконечные судебные тяжбы.

— Оказалось, что Анастасия (прошлый, второй владелец) купила квартиру у Анатолия (позапрошлый, первый владелец), который в это время отбывал наказание за неуплату алиментов. Квартира досталась ему по наследству, но в ней была прописана его несовершеннолетняя дочь, которая при разводе родителей в 2001 году решением суда была оставлена с матерью и все время проживала с ней по другому адресу.

Регистрация дочки была формальной. Это доказала Анастасия в городском суде, который вынес однозначное решение: девочка должна быть снята с учета. Об этом говорят и справки из роддома, детского сада, поликлиники, школы. Местом проживания в этих справках значится только один адрес — адрес проживания матери.

Анатолий продал квартиру Анастасии и на вырученные деньги купил двухкомнатную квартиру на Минина. Он предлагал прописать туда свою дочь, но мать была против. Таким образом, Анастасия была вынуждена обратиться в суд для устранения препятствий к вступлению в право пользования квартирой. Но даже после этого, выходит, дочь первого владельца претендует на мою квартиру.

После множества заседаний суд вынес решение: установить факт ничтожности договоров купли-продажи между всеми владельцами, признать недействительность договора дарения между Алесей и ее мамой. Квартиру полагается вернуть Анатолию и зарегистрировать в ней его дочь. Анатолий должен выплатить Алесе 1 353 540 000 рублей.

— Дочь Анатолия с матерью хотят отсудить у меня мое единственное жилье. Они не имеют никаких имущественных прав на эту квартиру. Истребовать имущество имеет право только собственник, а они третьи лица, в квартире не жили и ни копейки в нее не вложили. Их исковые заявления содержат одни лишь желания проживать в нашей квартире.

Анатолий утверждает, что при продаже квартиры заручился устным согласием бывшей супруги на снятие девочки с регистрационного учета, а сейчас она заявляет, что такого согласия не давала.

Но по закону оно и не нужно, так как отец и мать, являясь равноправными родителями, могут выражать права их совместного ребенка. Достаточно согласия одного из родителей.

Это подтвердила на суде и нотариус, зарегистрировавшая сделку купли- продажи квартиры между Анатолием и Анастасией.

Представители органов опеки приходили ко мне домой, составили акт обследования квартиры, просили суд отказать в иске дочери Анатолия и защитить права моей несовершеннолетней дочери.

Но суд не учел этого… В 2013 году органы опеки тоже составляли акт по этой же квартире и вынесли решение, что она находилась в антисанитарных условиях.

Это же подтверждается и справкой из ЖРЭУ, в которой констатируется, что ребенок проживать там не мог. Эти справки также не были учтены судом.

Не указано, в какой срок он должен это сделать, не учтена сумма, потраченная мной на ремонт! Получается, что у Анатолия будет две квартиры: на проспекте Газеты «Звязда», которую он три года назад уже один раз продал, и на Минина, которую он приобрел на вырученные от этой продажи деньги…

Анатолий на суде говорил, что денег у него нет и возвращать он их не будет, потому как нигде не работает. Он не претендует на мою квартиру, так же как и Анастасия.

Однако решением суда Московского района города Минска он становится собственником, еще даже не выплатив мне деньги. А мы с ребенком будем выписаны на улицу сразу при переходе права собственности…

* * *

Алеся сидит с папкой документов в полном непонимании, что делать дальше. Девушка говорит: если бы она знала, что повлечет за собой покупка этой квартиры, то обошла бы объявление стороной. Дело случая: никогда не знаешь, к чему приведет то или иное действие. Как карточный домик разваливается будущее: Алеся лишается квартиры и, более чем вероятно, потеряет $75 тыс.

У Алеси есть масса вопросов:

— Почему Анатолий должен возвращать деньги? Ведь мы даже не знали о его существовании! Почему он, добровольно продав свою квартиру и выражая свое согласие со снятием с регистрационного учета своей дочери, которая там 15 лет не жила, вынужден платить по чужому счету? Он неплатежеспособен! На данный момент он даже нигде официально не работает!

Почему моя мама не может оставить за собой право на честно приобретенную собственность? Почему из-за такого решения мы сразу теряем право собственности и остаемся на улице без возврата нам денег? Просто по желанию третьих лиц! Получается, что через 15 лет после развода один из супругов может предъявить претензии на наследуемую собственность другого или их ребенок, став совершеннолетним, может требовать своей прописки в чужую квартиру? Это наше с дочкой единственное жилье. Мало того что нас лишают и денег, и квартиры, так нам еще присудили выплатить судебные издержки истцам. Почему так?

Подобных сделок по стране тысячи. Что будет, если каждая из них будет оспариваться таким образом?

Ответов на эти вопросы пока нет. Семья готовит кассационную жалобу в городской суд.

***

Купить или продать жилье в любой точке Беларуси можно с помощью сервиса Onliner.by. В базе данных — около 9 тыс. объявлений.

Источник: https://realt.onliner.by/2016/06/22/sud-zvezda

Нина Москаленко:

К маме подселили соседей и они пытаются ее выгнать из дома

Учительница, которую рейдеры пятый год пытаются выселить из ее дома на столичном Печерске, проиграла суды и теперь пытается вернуть свое жилье

Когда после событий на Майдане мы встретились с киевской учительницей Ниной Москаленко, отчаянно боровшейся за право жить в собственном доме на столичном Печерске, женщина с надеждой произнесла: «Теперь все должно измениться. После Майдана мне позвонил прокурор и сказал: «Ну все, Нина Ивановна, закончились ваши мытарства».

И действительно — вскоре сфабрикованное против Нины Москаленко уголовное дело закрыли. Но проблемы с домом, из которого женщину уже успели выселить, остались. Недавно Нина Ивановна проиграла очередной суд и, по сути, осталась без крыши над головой. Теперь она вместе с сыном и пожилой мамой в любой момент могут оказаться на улице.

Как уже рассказывали «ФАКТЫ», проблемы в жизни педагога Нины Москаленко начались после того, как она отказалась продавать свой маленький дом на столичном Печерске.

Треть этого дома в переулке Землянского Нина Ивановна купила еще в 1986 году. Она тогда и подумать не могла, что впоследствии это место станет «золотым».

В 1995-м, когда началась массовая приватизация земли, к Нине Ивановне зачастили риелторы, пытались уговорить ее продать жилье.

— Пожилой сосед (со временем он стал моим отчимом, и мы объединили наши части дома), как и я, не соглашался, — вспоминает Нина Москаленко. — Риелторам удалось уговорить только стариков-хозяев третьей части здания. Они отдали свое жилье, получив взамен маленький домик за чертой города.

Соседи по улице один за другим выселялись. Поговаривали, что им угрожали и у людей просто не оставалось другого выхода, как уступить жилье.

Потом предложения риелторов продать дом стали приобретать все более резкие формы: «Неужели вы еще не поняли, что вам здесь не место? Посмотрите, кто живет вокруг вас: политики, бизнесмены, депутаты. И тут вы со своей халабудой. Мы же вас не на улицу выкидываем.

Дадим какой-нибудь домик в районе Киевского моря». Я сказала, что могу уступить им участок, только если получу взамен нормальное жилье в Киеве. «В Киеве? — переспросил мужчина. — Нет, это слишком дорого».

Риелторы перешли к прямым угрозам. Говорили, что, если я не уеду, они убьют мать и сына, а дом сожгут. Подселили в выкупленную часть здания своего человека. Его задачей было убедить меня уехать. «Вы, Нина Ивановна, даже не представляете, какие люди за этим стоят, — говорил новый сосед.

— Они не остановятся ни перед чем». А однажды явилась компания молодчиков-спортсменов. Они оградили дом железным забором, а двор завалили стройматериалами. Милиционеры, которых я тогда вызвала, даже не стали в этом разбираться. А рейдеры установили за домом круглосуточное наблюдение.

Заявили, что «будут меня судить».

Вскоре к Нине Москаленко пришел следователь Печерского райуправления милиции и напомнил ей об отчиме, который два года назад умер, поскользнувшись на льду и ударившись головой. Учительницу попытались обвинить в умышленном убийстве.

Впрочем, найти доказательства того, что гибель старика не была несчастным случаем, правоохранителям не удалось, и уголовное дело закрыли. Но затем возбудили еще одно. На этот раз учительницу обвинили в том, что она якобы… избила одного из спортсменов-рейдеров, нанеся ему телесные повреждения средней степени тяжести.

А после того как Нина Ивановна рассказала свою историю журналистам, ее… арестовали — за то, что уклоняется от следственных действий. Хотя женщина исправно приходила на каждый допрос.

На нервной почве у Нины Ивановны открылось кровотечение. А после ареста случился сердечный приступ. Только после этого ее отпустили на подписку о невыезде.

Однако тут в Киеве объявился мужчина, который назвался племянником погибшего отчима Нины Ивановны. Он не скрывал, что его вызвали сотрудники милиции. И несмотря на то что сроки вступления в права наследования он пропустил, начал заявлять претензии на часть жилья учительницы.

Объяснив, что болел, он попросил суд признать его законным наследником трети дома, которая принадлежала отчиму Нины Москаленко. А саму Нину Ивановну и ее маму попросил и вовсе исключить из числа наследников.

Мужчина утверждал, что брак между его дядей и мамой Нины Москаленко нельзя считать действительным, поскольку, заключая этот брак, женщина якобы не разорвала предыдущий.

— Правда, правильнее будет сказать, что это утверждал не сам неожиданно объявившийся наследник, а люди, которые представляли его интересы, — говорит «ФАКТАМ» адвокат Нины Ивановны Наталья Цыганчук. — В суде первой инстанции этот мужчина ни разу не появился.

Интересно, что его фамилия фигурировала и в уголовном деле по факту смерти отчима Нины Ивановны — именно с его подачи учительницу пытались обвинить в убийстве. Кстати, в материалах того уголовного дела сказано, что этот человек — гражданин Российской Федерации, проживает в Белгородской области.

А когда он заявил о себе как о наследнике, то вдруг оказался гражданином Украины.

Но главное даже не это. Мама Нины Ивановны развелась со своим бывшим мужем в 1965 году. Согласно действовавшему на тот момент Кодексу о браке и семье, поделить имущество супругов, не расторгнув перед этим их брак, было невозможно. Так вот, копия решения суда о разделе имущества у Нины Ивановны сохранилась.

По сути, это подтверждает факт расторжения брака, поскольку если бы не было развода, то не существовало бы и этого документа. А вот решения суда о разводе у Нины Москаленко не сохранилось. Нина Ивановна обращалась за соответствующим подтверждением в загс. Но там ответили, что документы… пропали. Были и вдруг исчезли.

Сотрудники загса даже показывали нам папки в архивах: дескать, видите вырванные страницы? И восстановить эти данные уже якобы невозможно.

На том основании, что Нина Ивановна не смогла предоставить суду решение суда о разводе родителей, брак ее мамы с отчимом небезызвестный судья Сергей Вовк (осудивший в свое время нынешнего генпрокурора Юрия Луценко) признал недействительным и треть дома, унаследованную от отчима, оставил за новоявленным наследником.

— В своем исковом заявлении представитель данного наследника даже перепутал дату смерти отчима Нины Ивановны: мужчина умер 25 января 2010 года, а тот написал, что 29 января 2012 года, — говорит Наталья Цыганчук. — Но Печерский райсуд не обратил на это внимания и постановил выселить из дома учительницу Москаленко и ее старенькую маму.

И хотя треть жилья по-прежнему принадлежала Нине Ивановне, в решении суда просто было написано: выселить. В доме оставили только сына Нины Москаленко Ярослава — на том основании, что он несовершеннолетний.

К женщине тут же явились сотрудники службы по делам детей Печерского района и сказали: раз мать не может проживать со своим ребенком, они будут ставить вопрос о лишении родительских прав.

Несколько лет назад (когда только началось судебное разбирательство) корреспондент «ФАКТОВ» разыскала того самого неожиданно объявившегося наследника. Поскольку он находился в России, мы поговорили по телефону. Хотя желанием общаться с прессой собеседник явно не горел. На вопрос, почему он решил, что дядю убили (в тот момент он еще пытался это доказать), мужчина ответил:

— Да я узнал от… друзей. Мне показали документ, справку, что он умер насильственной смертью.

— Кто показал? Какие друзья?

— Без комментариев.

— Но почему вы заявили об этом только сейчас, а не три года назад, сразу после смерти дяди?

— Дело в том, что я узнал о его смерти лишь месяца два назад. Мы с ним раньше общались, а потом у меня заболела мать, и я стал реже к нему ездить… И вообще, все эти вопросы лишние. Оно не нужно ни мне, ни вам.

Гражданское дело о признании его наследником мужчина вообще не стал комментировать и с тех пор не выходил на связь.

Еще до того как решение судьи Вовка о выселении Нины Ивановны вступило в законную силу, рейдеры разрушили часть ее дома.

В мае 2013 года к учительнице явились несколько десятков молодчиков, среди которых были члены организации «Оплот» и небезызвестный Вадим Титушко (именем которого, ставшим нарицательным, теперь называют наемных хулиганов).

Вытолкав Нину Ивановну с мамой на улицу, отморозки стали крушить в доме мебель. Когда во двор заехал КамАЗ, учительница в отчаянье бросилась под колеса, закричав, что они разрушат дом только через ее труп… Но часть здания все-таки развалить успели.

Милиционеры в действиях рейдеров не увидели ничего незаконного — сказали, что таким образом выполнялось решение суда. А через несколько дней в Государственной исполнительной службе признали, что… ошиблись.

Мол, решение снести полдома было преждевременным, потому что суд так и не установил, из какой именно его части нужно выселять Нину Ивановну и ее мать. Начальника отдела Государственной исполнительной службы Печерского райуправления юстиции привлекли к дисциплинарной ответственности.

Но половину дома Нины Ивановны уже было не вернуть. А другая часть из-за разрушений в любой момент тоже могла обвалиться.

*”К моему дому по-прежнему приезжают молодчики в спортивных костюмах: ходят вокруг, осматривают территорию, — говорит Нина Москаленко. — Я давно забыла, что такое спокойный сон, потеряла здоровье”

— Спасибо добрым людям, которые помогли мне установить в уцелевшей части дома окна и принесли кое-какую мебель, — качает головой Нина Ивановна. — Это позволило нам хоть как-то пережить зиму. Я надеялась, что после событий на Майдане все изменится. Но оказалось, рано я радовалась. Решение судьи Вовка о моем выселении оспорить не удалось.

— В Апелляционном суде нам наконец удалось добиться личного присутствия объявившегося наследника, — говорит Наталья Цыганчук. — На вид этому человеку не меньше 70 лет. Он даже не смог вспомнить отчество своего дяди. Дату его смерти опять перепутал.

На мой вопрос о том, приезжал ли он к своему дяде, мужчина ответил: «Да, довольно часто». Но при этом не смог рассказать, где находится дом родственника. Я надеялась, что судья примет эти ответы во внимание. Но Апелляционный суд оставил решение первой инстанции в силе.

Получив отказ из Высшего специализированного суда, мы обращались в Верховный суд, где тоже получили отказ.

— И что же теперь делать?

— Шансов отменить решение судьи Вовка у нас не осталось. Разве что Высший совет юстиции проверит правомерность этого вердикта. Но надежды мало.

Если у нас нет возможности признать официальный брак мамы Нины Ивановны с ее отчимом действительным, попытаемся добиться, чтобы суд хотя бы установил, что фактически они жили семьей: состояли в отношениях, обитали под одной крышей, вели общее хозяйство… В таком случае есть шанс признать Нину Ивановну наследницей хотя бы четвертой очереди. Мы подали этот иск еще в декабре прошлого года. Но дело до сих пор не рассмотрено! Сейчас процесс идет, но очень медленно — перерывы между заседаниями составляют два-три месяца. Пока было всего три заседания. Вчера на суд приходили соседи Нины Ивановны, готовые подтвердить, что ее мама с отчимом жили в браке. (Но заседание не состоялось — его перенесли на 1 декабря.)

Соседи подтвердили это и корреспонденту «ФАКТОВ». И рассказали, что Нина Москаленко далеко не единственная, у кого пытаются отобрать дом на Печерске.

— Посмотрите на нашу улицу: небольших домиков, в которых живут простые люди, практически не осталось, — говорит соседка учительницы Любовь. — На мой тоже давно положили глаз.

Четыре года назад, когда здесь жила пожилая мама, к ней стали приходить люди с предложением продать им дом. Но она не соглашалась.

Мало того что нам предлагали отдать его за бесценок, так мама просто не хотела на старости лет никуда уезжать.

Получив категорический отказ, рейдеры начали действовать. Сначала вырубили весь наш сад, который дедушка посадил еще в довоенные годы. Потом подожгли туалет. Но даже после этого мама сказала, что из дома не уедет. «А мы все равно вас выселим», — предупредили рейдеры.

И в прошлом году, пока мама была в больнице, сожгли наш дом дотла. Мама сказала, что все равно не сдастся, но после этого случая у нее начались проблемы с сердцем. И в ноябре во время очередного звонка этих негодяев она умерла от инфаркта.

«Не забирайте дом!» — были ее последние слова…

Сейчас этот дом унаследовала я. Как могла, восстановила его. Но атака со стороны рейдеров продолжается. Кто-то написал на меня жалобу в опекунский совет — якобы моя девятилетняя дочь громко кричит и плачет. Но в тот момент, когда она якобы нарушала тишину, дочки уже месяц не было в городе.

На меня давят со всех сторон. То же самое происходило с нашим пожилым соседом. Он не хотел выселяться, пока негодяи не разрушили его дом. Не знаю, кто за всем этим стоит — один человек или разные люди.

Но все происходит по одинаковой схеме: если человек не соглашается продать жилье, его любыми способами отсюда выселяют, оставляя ни с чем.

— В одном телесюжете Нину Ивановну назвали последней учительницей Печерска, которая уже пятый год сражается за право жить в своем доме, — рассказывает Наталья Цыганчук. — У нее нет денег на услуги адвоката, поэтому я защищаю ее бесплатно. Не понимаю, сколько еще могут продолжаться эти издевательства над человеком. За домом Нины Ивановны опять установили слежку.

— Каждые десять дней сюда приезжают молодчики в спортивных костюмах, — говорит Нина Москаленко. — Ходят вокруг, осматривают территорию. А когда меня нет дома, кто-то бьет окна. Это происходило уже трижды. Я вызывала полицию, но они ничем не могут помочь. За эти годы я забыла, что такое спокойный сон, потеряла здоровье.

У меня диагностировали рак. Сейчас больше всего боюсь, что сын, осиротев, останется без крыши над головой. Поняла, что люди, которые хотят забрать у меня жилье, не остановятся ни перед чем. Но и я не остановлюсь — мне уже терять нечего. Не знаю, чем закончится суд. Но, наверное, это мой последний шанс не оказаться на улице.

Читайте нас в Telegram-канале, и

Источник: https://fakty.ua/224230-lyudi-kotorye-hotyat-zabrat-u-menya-zhile-ne-ostanovyatsya-ni-pered-chem-no-i-ya-ne-ostanovlyus-mne-uzhe-teryat-nechego

Неравнодушный горожанин Виктор Пажиток: выселил «замечательного» соседа — оказывается, это возможно!

К маме подселили соседей и они пытаются ее выгнать из дома

Виктор Пажиток — постоянный читатель Onliner.by на протяжении 10 лет, неравнодушный горожанин. Уверен, что бороться за справедливость можно и нужно хотя бы потому, что хороший пример может стать заразительным.

Есть люди, которые готовы тратить свое время, нервы, силы, чтобы исправить то, что они считают неправильным, невозможным, просто небезопасным. Вероятно, меня можно отнести именно к таковым. История про «замечательного», но мешающего жить соседа завершилась в первых числах марта. Теперь можно выходить на лестничную клетку без опасений услышать продолжительные тирады нецензурной брани, а под окнами двигаться, не страшась падения на голову различных предметов и бытового мусора.

Для этого потребовалось без малого два года ежедневной борьбы и противостояния.

Совершенно незаметно для себя я стал тем самым «неравнодушным горожанином», которому одни говорят спасибо за принципиальную позицию, но большинство до сих пор считает жалобщиком, нытиком и тем, кто не может жить в гармонии с соседями.

Хотя лично я уверен, что желание добиваться справедливости — очень важное качество, а обязательное условие гармонии — возможность, чтобы все участники процесса получали удовольствие от жизни, а не терпели.

Как мне удалось сделать то, на что другие люди тратят десятилетия? Думаю, вам эта история может показаться интересной.

На каком-то этапе этой «войны» мне стало совершенно очевидно: обращения в органы правопорядка и прокуратуру приносят мало результатов. Возможно, причина в законодательстве, возможно — в неповоротливости системы. Факт остался фактом: ни участковый, ни периодические рейды милиции — ничего не смогло оказать деятельного воздействия на нарушающего нормы общежития соседа.

Максимум, чего удавалось добиться: сотрудники милиции увозили его — разбушевавшегося, нетрезвого и угрожающего — в отделение, где он проводил ночь. Но уже утром и орущая музыка, и пьяная компании во главе с нарушителем спокойствия возвращались.

Оставалось действовать единственно возможным в данной ситуации способом и строго в правовых рамках. Было известно: срок проживания соседа в выделенной ему в качестве подменного фонда квартире истекает в конце декабря. Поскольку, несмотря на наши с соседями активные протесты, договор с ним уже продлевался полгода назад, исключать вероятность еще одной «пролонгации» было бы опрометчиво.

Действовать надо было решительно и активно: оказаться на личном приеме у одного из руководителей города было непросто, однако чиновники всех прочих уровней не смогли помочь сколь-либо продуктивно.

Страха перед «высокими кабинетами» я не испытываю. Там выслушали мои аргументы, попросили оставить ксерокопии всех полученных ранее из различных ведомств (от прокуратуры до санстанции) документов для детального изучения вопроса. Сказали: ожидайте ответа в сроки и в форме, установленные законодательством.

Параллельно и, собственно, вновь по моей инициативе развивался и судебный процесс: администрация района выступала истцом, стремящимся расторгнуть с соседом договор найма до срока его истечения.

Даты судебного заседания переносились в связи с неявкой соседа, а в личных беседах сотрудники ЖЭУ и районной администрации выражали сомнения относительно того, что суд примет решение «о выселении без предоставления иного жилого помещения» в отношении человека, который имеет инвалидность. Так закончился 2017 год.

В начале текущего года я получил письма от руководителей района и города, в которых сообщалось: договор с соседом продлеваться не будет. «Свершилось?» — робко спросил мой внутренний оптимист. «Подожди радоваться!» — возразил ему внутренний пессимист и был прав. Право на проживание в квартире почти в центре Минска Ш. утратил в конце 2017 года, но в январе продолжал там находиться.

В прошлой статье я выражал сомнения относительно того, что суд сможет принять решение о выселении инвалида, пусть и неоднократно судимого, превратившего данную ему квартиру в притон, на улицу. Я ошибался: резолютивная часть постановления суда была именно таковой.

«Ну сейчас-то точно!» — осмелел внутренний оптимист, пессимист же пребывал в свойственном ему состоянии духа. Как вы понимаете, не зря.

Несмотря на принятые всеми инстанциями непротиворечивые решения, сосед продолжал соседствовать с нами до начала весны. Он имел право подать апелляцию, однако не реализовал его. Надо было дожимать.

По истечении всех сроков реализации процессуальных норм и правил, а также после моих звонков в отдел принудительного исполнения была назначена дата выселения (она, к слову, тоже переносилась: Ш., естественно, не получал повестки, высылаемые ему заказными письмами).

В предпраздничный весенний день Ш. выселили. Сам этот процесс занял чуть более часа; родственники, которые, надо отдать им должное, как могли, на протяжении почти двух лет нашего с соседом «сожительства» поддерживали последнего, забрали его к себе.

Исходя из того, что я видел в день «великого отъезда», предполагаю, что именно так и закончилась эта история. Вы наверняка скажете, что причина нашей маленькой победы — особенные условия, по которым был прописан сосед, и львиная доля удачи.

Я возражу: уверен, что победа в этом деле — результат моей последовательности и поддержки соседей, которые также решили, что не хотят больше терпеть этот беспредел.

В качестве доказательства вот вам еще одна история. «Проблема» с соседом не была единственной все это время. Деятельная натура не давала покоя: когда у тебя появляется свое жилье, ты качественно иным образом относишься к тому, что не упало с неба.

Район, в котором мне и моей семье посчастливилось приобрести квартиру, — это район с «историей» в отдельные годы советского прошлого, даже с историей криминальной. Здесь темно. Везде. Пять пролетов по два дома, в каждом — по двору, по центру — школа. Все это, увы, не освещалось вовсе.

Фасадное освещение — здесь проектами 1960-х годов предусмотрено исключительно таковое — не работало: фонари есть, им лет 30, и почти столько же они, наверное, не работают.

Люди многие годы ходят с карманными фонариками, не думаю, что это удобно в частности и допустимо в целом. Однако все привыкли, никто не звонит и не пишет. Я мириться с этим был категорически не готов и не согласен.

Купив квартиру, обретя и потеряв «замечательного» соседа, решил, что фонарь над моим подъездом должен гореть непременно.

Один фонарь. Один.

Я стал звонить и писать. Восстановить фонарь фасадного освещения, казалось бы, не задача непосильной сложности, однако ее решение заняло более четырех месяцев. Официальные письма сообщали: планируем провести тендер, закупить лампу, заказать автовышку и… будет свет! Предполагая, что этот процесс затянется, я записался на прием к руководителю профильной городской службы.

Звонки и переписки — настойчивость в этом вопросе, как я убедился, — это один из залогов результативности — заняли период с августа по ноябрь. В конце ноября из своего почтового ящика я достал очередное письмо, в нем, в частности, сообщалось, что и фонарь приобретен, и техника для его установки заказана.

Надо — так и написано — подождать. Подождать на этот раз «благоприятных погодных условий». Я взял телефон и начал звонить: ЖЭС, ЖЭУ, администрация района, администрация города.

Никто не мог точно сказать, «благоприятные погодные условия» — они какие, случатся ли раньше мая или, может, в середине января?

Видимо, я был достаточно убедителен в своих диалогах с «ответственными за фонарь лицами».

Возможно, повлиял тот факт, что, уже закипая, сказал, что если в течение двух часов не будет света, то я поименно назову виновников его отсутствия высокому городскому начальнику, который неоднократно меня уверял, что освещение «обязаны уже были установить». Быть может, этот аргумент стал решающим, не могу утверждать.

Однако есть факт: несмотря на валивший снег и прочие штормовые предупреждения, фонарь над моим подъездом установили в тот же вечер. За полтора часа.

Он светил верой и правдой. Почти год. Потом погас навсегда.

Других фонарей во дворе не было, наступала зима и сопутствующая ей глубокая и ранняя темнота. Что вновь начал делать я? Да, в очередной раз «коммуницировать» с чиновниками как с лицами, принимающими решения.

В этот раз я не мелочился: есть вероятность того, что в обозримом будущем наш ребенок пойдет именно в эту школу, путь к которой пролегает по темным дворам. И я решил для себя: «последний раз» стану «писать и звонить», но постараюсь сделать так, чтобы долгие годы неработающие фасадные фонари вдруг и ярко загорелись.

Не стану утомлять рассказами о переписках и перезвонах, отмечу лишь, что значимой и более чем эффективной инстанцией стал Комитет госконтроля. Но верно и правильно ли это — для того чтобы «восстановить фонари», обращаться в Госконтроль? Думаю, что так быть не должно.

Сегодня фонари восстановлены и горят. Не факт, что наш ребенок пойдет именно в эту школу, но, думаю, всем, кто ее посещает, стало гораздо комфортнее. Для меня совершенно понятно, что и фонари перегорят, и очень скоро в квартиру Ш. заселят нового соседа, и не факт, что он не будет «замечательнее» прежнего.

Для меня совершенно понятно и другое: надо действовать, надо звонить и писать, надо «просто настаивать» на том, на что имеешь право, в особенности если право это точно коррелирует с понятием «безопасность». Пусть я скандалист, пусть имя мое становится притчей во языцех в местных ЖЭС и ЖЭУ, но горят фонари, а моя семья, надеюсь, в относительной (насколько это возможно в большом городе) безопасности.

И ради этого — снова, вновь, опять — я, наверное, готов «и звонить, и писать».

Источник: https://people.onliner.by/opinions/2018/03/20/mnenie-890

А можно я у вас поживу?

К маме подселили соседей и они пытаются ее выгнать из дома

Сразу начну с истории, которая, собственно, и подтолкнула меня к написанию этой статьи. Как-то одна моя подруга Настя пожаловалась на затруднительную ситуацию, в которую попала. Ее очень близкая приятельница неожиданно оказалась в крайне трудном материальном положении.

Чтобы хоть как-то удержаться на плаву некоторое время, требуемое на то, чтобы поправить свои финансовые дела, она, в первую очередь, решила съехать со съемной квартиры.

И по старой дружбе обратилась к Насте с просьбой пожить у нее месяц-другой и с обещанием не доставлять хлопот, а быть хорошей помощницей в ведении домашнего хозяйства. Настя не только жила одна в просторной трехкомнатной квартире, но и была девушкой очень гостеприимной.

Она с радостью помогла лучшей подруге перебраться в ее “хоромы”, и начали они жить-поживать, да… не тут то было.

Подруга экономила на всем, на чем могла, в том числе и на продуктах питания и первой необходимости, опустошая Настины запасы, и на своем здоровье, сооружая в мойке дворцы из грязных тарелок, а на обеденном столе – мозаику из крошек. Первое время Настя входила в положение и жалела подругу, оказавшуюся в столь трудной ситуации.

Но день за днем делать это становилось все сложнее, тем более подруга благополучно устроилась на работу, все сроки совместного проживания, о которых первоначально вроде бы шла речь, давно прошли, да и у Насти стала налаживаться личная жизнь, и она захотела жить вместе со своим любимым человеком, а третий лишний в такой ситуации совсем даже не запасной. Одним словом, назревал конфликт и взаимная неудовлетворенность друг в друге. К счастью, навязчивую подругу удалось как-то выдворить из квартиры, но старая дружба оказалась разрушена: у Насти навсегда остались недоверие и неприятный осадок в душе, а ее подруга посчитала, что с ней могли обойтись и подобрее.

Да, ничто не может так испортить отношения между людьми, как совместное проживание. Один любит полночи смотреть телевизор, а второй, наоборот, рано ложится спать.

Кто-то любит музыку, а кто-то предпочитает мертвую тишину. Кто-то любит часами сидеть в ванной, а кто-то – стричь ногти на кухне.

Кого-то вид одной-единственной пылинки заставляет сделать генеральную уборку всего помещения, а кто-то не приучен элементарно убирать за собой.

Все супруги в один голос утверждают, что самым сложным периодом в их жизни был именно первый год совместного проживания – период привыкания к особенностям друг друга.

А добавь к этому еще и различия в мировоззрении и воспитании, когда одному человеку может банально не хватать такта или чувства меры? Поэтому, такое скопление обстоятельств может легко разрушить самую крепкую и многолетнюю дружбу!

Отказывать подруге или другу в помощи в трудный для него момент, конечно же, нельзя. Но и человек, встревающий в личное пространство другого, должен помнить, что обязан соблюдать некие правила и условности.

Как говорится, в чужой монастырь со своим уставом не ходят. А может, ты решишь снимать квартиру вскладчину с подругой – и дешевле и веселее. А, может, именно ты – просительница крова.

В любом случае, начать нужно с обсуждения всех деталей вашего будущего совместного проживания.

1. Покупки.
Пожалуй, самая большая проблема. Конечно, косметику и личные вещи каждый покупает сам себе – тут уж нет повода обижаться.

Ту же бытовую химию или какие-то необходимые разовые покупки (вроде прищепок, новых лампочек, взамен перегоревших, и прочего) можно делать вскладчину, либо по очереди, заранее обговорив список наименований. А вот с продуктами питания дело обстоит куда сложнее.

На первый взгляд кажется, что достаточно так же делать все покупки поровну: либо каждый раз совместно оплачивать счет из магазина, либо раз в месяц выделять равные суммы и тратить эти деньги по мере необходимости.

Но, возможно, твоя подруга захочет экономить, в то время как ты привыкла шиковать и лакомиться мидиями, дорогими конфетами, экзотическими фруктами и черной икрой. Либо наоборот.

И кто-то из вас будет постоянно чувствовать себя “обсчитанным” и обделенным, либо вынужденным покупать то, что не хочет.

Можно покупать продукты по принципу каждый сам себе. Но холодильник, заполненный множеством надписанных баночек и коробочек, согласись, выглядит как-то не очень по-дружески.

Самым оптимальным мне кажется следующий вариант. Составьте список продуктов (сюда же можно включить и бытовую химию) совместного потребления, таких как хлеб, молоко, мука, сахар, яйца, крупы, масло и прочее. И покупайте их вскладчину. А все излишества – самостоятельно. Это позволит и экономить тому, кто хочет, и баловать себя тому, кто может себе это позволить.

2. Домашнее хозяйство.

Договоритесь, как вы будете справляться с домашними заботами: приготовление пищи, уборка, мытье посуды и пр. Составьте график дежурств и безоговорочно следуйте ему.

Причем, если твоя подруга совсем не умеет готовить, то будет справедливо, если ты освободишь ее от этого занятия, а она, взамен, полностью возьмет на себя, например, мытье посуды.

И не забудьте обговорить то, в какие сроки должны выполняться эти обязанности, чтобы посуда не томилась в ожидании горячей воды неделями, а тапочки не начинали прилипать подошвами к грязному полу.

3. Общие принципы проживания.

Если ты – полноценная хозяйка квартиры, то, думаю, имеешь право потребовать выполнения каких-то важных для тебя вещей. Например, согласовывать с тобой приход гостей или какие-то перемены в квартире, не менять настройку телевизионных каналов, в определенное время смотреть какую-то передачу.

И не стесняйся делать замечания о плохо убранной после купания ванной или о разбросанных по всей квартире вещах. Конечно, никто не захочет показаться ворчливой занудой, но все-таки ты – хозяйка дома, а твоя подруга – гостья, хоть и очень желанная и дорогая сердцу. И ты можешь наложить запрет на какую-то слишком уж неудачную идею. Но злоупотреблять этим правом не стоит.

Те же правила уместны и в том случае, если вы совместно снимаете квартиру, только распространяются они уже и на тебя. И, в этом случае, твое законное право участвовать во всех обсуждениях. Например, еще одну мою подругу, снимающую квартиру с несколькими компаньонками, не поставили в известность о покупке новых дорогих штор, а только потребовали деньги.

Платить она отказалась, тем более шторы совершенно ей не понравились, чем вызвала множество споров и обсуждений.

Одним словом, не сомневайся, в совместной жизни с подругой тебя ожидает множество как приятных моментов, так и неприятных неожиданностей. Это испытание и крепости вашей дружбы и ваших характеров, и только от вас самих зависит то, каким будет исход.

Главное, всегда иметь при себе чуточку понимания, немного такта и широкую улыбку. И тогда вы благополучно минуете все подводные рифы, которые посмеют показаться на вашем пути!

Источник: https://www.kleo.ru/items/house/sovm_jitie.shtml

Всё о кредитах
Добавить комментарий