Соответствует ли требованиям закона данное решение?

Закон о регистрации устанавливает несколько правил

Соответствует ли требованиям закона данное решение?

17.10.2016

  Государственная регистрация прав на недвижимое имущество и сделок с ним – юридический акт признания и подтверждения государством возникновения, ограничения (обременения), перехода или прекращения прав на недвижимое имущество в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (ГК РФ).

Государственная регистрация является единственным доказательством существования зарегистрированного права. Зарегистрированное право на недвижимое имущество может быть оспорено только в судебном порядке.

Государственная регистрация прав проводится на всей территории Российской Федерации по установленной законодательством системе записей о правах на каждый объект недвижимого имущества в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним (ЕГРП).

Датой государственной регистрации прав является день внесения соответствующих записей о правах в ЕГРП.

Согласно ст. 17 Федерального закона № 122-ФЗ от 21.07.1997 «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним» (Закон о регистрации) основаниями для государственной регистрации наличия, возникновения, прекращения, перехода, ограничения (обременения) прав на недвижимое имущество и сделок с ним являются, в том числе и вступившие в законную силу судебные акты.

Вопрос о соотношении решения суда, устанавливающего право на недвижимость, и акта государственной регистрации права на недвижимое имущество относится к проблемным как в судебной практике, так и в практике органов, осуществляющих регистрацию прав.

ГК РФ в качестве самостоятельного основания возникновения гражданских прав и обязанностей называет судебное решение (пп. 3 п. 1 ст. 8 ГК РФ).

Закон о регистрации, определяя специфику государственной регистрации прав на недвижимость на основании решения суда, арбитражного суда или третейского суда, устанавливает несколько правил:

1. Государственный регистратор не вправе отказать в государственной регистрации права, установленного вступившим в силу решением суда, за исключением некоторых случаев:

– в случае если решение суда не содержит сведений, которые государственный регистратор обязан внести в ЕГРП;

– государственный регистратор или правообладатель при наличии в письменной форме заключения государственного регистратора вправе запросить суд о порядке исполнения данного решения;

2. Права на недвижимое имущество, установленные решением суда, подлежат государственной регистрации на общих основаниях.

Указанные положения нуждаются в подробном анализе.

И так, государственный регистратор не вправе отказать в государственной регистрации права, установленного вступившим в законную силу решением суда.

Данная норма, прежде всего, направлена на определение соотношения компетенции суда и регистрирующего органа. Она содержит указание на то, что регистратор не вправе анализировать решение суда с точки зрения его законности и обоснованности.

Пункт 1 ст. 13 Закона о регистрации предусматривает проведение регистратором правовой экспертизы документов. Очевидно, что решение суда является таким документом, «глубина» правовой экспертизы которого со стороны регистратора должна быть ограничена. Исходя из содержания ст. 28 Закона о регистрации при правовой экспертизе решения суда необходимо установить следующие обстоятельства:

– устанавливает ли это решение право на недвижимое имущество;

– подлежит ли это право государственной регистрации;

– содержит ли решение сведения, которые регистратор обязан внести в ЕГРП;

– вступило ли решение в законную силу.

При положительном ответе на все эти вопросы регистрация права на основании решения суда должна быть произведена. Разумеется, как лицо с юридическим образованием, регистратор может иметь суждение о том, соответствует ли закону представленное судебное решение. Но у него нет права положить это  суждение в основу принимаемого решения.

Особенностью регистрации прав на недвижимое имущество на основании судебных актов является то, что отказать в такой регистрации можно не по всем основаниям, установленным ст. 20 Закона о регистрации.

В соответствии с п. 1 ст.

28 Закона о регистрации права на недвижимое имущество, установленные решением суда, подлежат государственной регистрации, в которой государственный регистратор вправе отказать только по основаниям, указанным в абзацах четвертом, шестом, седьмом, девятом, десятом, одиннадцатом, двенадцатом, тринадцатом и четырнадцатом пункта 1 статьи 20 Закона о регистрации, а именно:

  • если документы, представленные на государственную регистрацию прав, по форме или содержанию не соответствуют требованиям действующего законодательства (абз. 4 п.1 ст. 20 Закона о регистрации);
  • если лицо, выдавшее правоустанавливающий документ, не уполномочено распоряжаться правом на данный объект недвижимого имущества (абз. 6 п. 1 ст. 20 Закона о регистрации);
  • если лицо, которое имеет права, ограниченные определенными условиями, составило документ без указания этих условий (абз. 7 п. 1 ст. 20 Закона о регистрации);
  • если правообладатель не представил заявление и иные необходимые документы на государственную регистрацию ранее возникшего права на объект недвижимого имущества, наличие которых необходимо для государственной регистрации возникших после введения в действие настоящего Федерального закона перехода данного права, его ограничения (обременения) или совершенной после введения в действие настоящего Федерального закона сделки с объектом недвижимого имущества (абз. 9 п. 1 ст. 20 Закона о регистрации);
  • если заявителем не представлены документы, необходимые в соответствии с настоящим Федеральным законом для государственной регистрации прав (абз. 10 п. 1. ст. 20 Закона о регистрации);
  • имеются противоречия между заявленными правами и уже зарегистрированными правами (абз. 11 п. 1. ст. 20 Закона о регистрации);
  • ответ органа государственной власти или органа местного самоуправления на межведомственный запрос свидетельствует об отсутствии документа и (или) информации, необходимых для государственной регистрации прав, если соответствующий документ не представлен заявителем по собственной инициативе  (абз. 13 п. 1. ст. 20 Закона о регистрации);
  • в государственном кадастре недвижимости в отношении земельного участка, на государственную регистрацию права на который представлены документы, отсутствуют сведения о координатах характерных точек границ такого земельного участка или одна из границ такого земельного участка пересекает одну из границ другого земельного участка в соответствии с внесенными в государственный кадастр недвижимости сведениями о последнем, за исключением случаев, установленных в пункте 1 статьи 19 настоящего Федерального закона (абз. 14 п. 1. ст. 20 Закона о регистрации).

            Таким образом, следует признать, что при представлении в качестве правоустанавливающего документа решения суда в регистрации права на недвижимое имущество может быть отказано, если решение не отвечает признакам, установленным ст. 28 Закона о регистрации.
            Для тех случаев, когда решение суда отвечает всем признакам, указанным в этой статье, однако не содержит сведений, которые регистратор обязан внести в ЕГРП, в этом случае государственный регистратор или правообладатель при наличии в письменной форме заключения государственного регистратора вправе запросить суд о порядке исполнения данного решения.
             Признанное судом право подлежит регистрации на общих основаниях.

Принятие судом решения в пользу заинтересованного лица не избавляет его от дальнейшей необходимости обратиться в регистрационную службу. Так, в ст. 268 Гражданского процессуального кодекса РФ указано, что решение суда в отношении юридического факта, подлежащего регистрации, служит основанием для регистрации, но не заменяет документы, выдаваемые регистрирующими органами. Поэтому правообладателю необходимо обратиться в орган, осуществляющий государственную регистрацию прав, с соответствующим заявлением и иными необходимыми для регистрации документами, установленными действующим законодательством.
            Момент возникновения права по решению суда.

Существует мнение, что право у заинтересованного лица возникает с момента вступления решения в законную силу. На самом деле если момент возникновения права специально не указан в решении, то признанное судом право возникает по общему для недвижимости правилу – с момента его государственной регистрации. Момент возникновения права также может быть определен судом, в таком случае право возникает в соответствии с судебным решением.
           Государственная регистрация прав на основании судебного акта может приостанавливаться государственным регистратором только при возникновении у него сомнений в подлинности представленных документов (п. 1 ст. 19 Закона о регистрации). Это положение Закона означает, что если в судебном решении допущена ошибка, опечатка, если по каким-либо причинам представлены не все документы, необходимые для проведения государственной регистрации, то у регистратора нет возможности приостановить дело и попытаться самому устранить возникшие препятствия. В соответствии с  Законом у регистратора есть десять рабочих дней для принятия решения. Если по истечении указанного срока документы не будут приведены в порядок, в государственной регистрации будет отказано. В такой ситуации гражданин сам может приостановить регистрацию на срок до трех месяцев и обратиться в суд для разъяснения вынесенного решения, исправления технической ошибки и т.д. Причем следует учитывать, что судья не может просто написать на тексте решения «исправленному верить» или приложить письмо с разъяснениями. Суд назначает новое заседание, в результате которого выносится специальное определение.
           Судебный акт является самостоятельным основанием как для государственной регистрации права на недвижимое имущество, так и для погашения регистратором соответствующей записи. Однако по смыслу пункта 1 статьи 20 Закона о регистрации при наличии в реестре записи о праве какого-либо лица на недвижимое имущество судебный акт о признании аналогичного права на данное имущество за иным лицом имеет юридическую силу в отношении первого лица только при условии его участия в деле в качестве ответчика. Если судебный акт принят в отношении иного лица, отказ регистратора в государственной регистрации права на недвижимое имущество является законным.
           В связи с изложенным при обращении в суд с требованием о признании права на недвижимое имущество истец представляет выписку из реестра, выданную в соответствии с правилами статьи 7 Закона о регистрации, или справку (иной документ) регистратора об отсутствии зарегистрированного права на спорный объект недвижимости. Если названные документы не были представлены истцом, суд согласно части 2 статьи 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации предлагает истцу представить необходимые документы.
            В период рассмотрения дела о праве на это имущество суд по ходатайству истца может принять обеспечительные меры, в частности, запретить ответчику распоряжаться и/или пользоваться спорным имуществом (арест), запретить регистратору изменять запись о праве на это имущество в реестре, передать спорное имущество на хранение другому лицу в соответствии с пунктом 2 статьи 926 Гражданского кодекса Российской Федерации (судебный секвестр). При удовлетворении иска о праве на недвижимое имущество суд на основании части 7 статьи 182 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации по ходатайству лица, участвующего в деле, принимает аналогичные меры по обеспечению исполнения решения.

Кристина Дуденко,

ведущий специалист-эксперт

отдела регистрации прав

Управления Росреестра

по Омской области,

государственный регистратор.

Источник: https://rosreestr.ru/site/press/news/zakon-o-registratsii-ustanavlivaet-neskolko-pravil/

Дисциплинарная практика

Соответствует ли требованиям закона данное решение?

ОБЗОР ДИСЦИПЛИНАРНОЙ ПРАКТИКИ ЗА 2017 ГОД

В 2017 году Советом АП СК рассмотрено 158 дисциплинарных производств. По 86 делам приняты решения о привлечении адвоката к дисциплинарной ответственности.

В этом числе следует отдельно учесть решения о привлечении к дисциплинарной ответственности за нарушение решения Конференции об обязательных отчислениях на нужды адвокатской палаты и соответствующих решений адвокатских образований об отчислениях на общие нужды.

В итоге по данному основанию адвокаты были привлечены к ответственности в 17 случаях.

 Следует отметить, что практически во всех случаях наличия задолженности по отчислениям, у привлеченных к ответственности адвокатов имели место нарушения тех или иных решений Совета, которые с известной степенью допуска следует считать внутренними, корпоративными (об электронном документообороте; об исполнении обязанности повышения квалификации, обязанность повышения которой прямо установлена ФЗ; о предоставлении отчетов о профессиональной деятельности).

Остальные установленные нарушения можно разделить на несколько типичных групп.

Существенная часть дисциплинарных проступков связана с ненадлежащим оформлением адвокатами договорных отношений с доверителем (первая глава обзора), что приводит к неопределенности в отношениях с доверителем, конфликтам, а иногда оборачивается проверками правоохранительных органов в отношении адвоката по заявлению его доверителей.

Следует отметить также большое количество нарушений, связанных с неисполнением либо ненадлежащим исполнением решений советов адвокатской палаты (федеральной и краевой).

В данном случае (вторая глава обзора) речь идет не о вышеуказанных сугубо корпоративных решениях (задолженности по обязательным отчислениям либо исполнении обязанности по повышению квалификации, электронном документообороте и предоставлении отчетов о профессиональной деятельности), а о тех решениях советов, которые определяют порядок осуществления адвокатами своей профессиональной деятельности (например, о порядке участия в делах по назначению, о ведении адвокатского производства и т.д.). Ненадлежащее исполнение данных решений, как правило, влекло за собой либо нарушение права на защиту, либо неисполнение (ненадлежащее исполнение) своих профессиональных обязанностей. Поэтому, неисполнение вышеуказанных решений Советов обычно имеет место в совокупности с другими нарушениями законодательства об адвокатской деятельности и Кодекса профессиональной этики адвоката. Так, например, отсутствие надлежаще оформленногоадвокатского производства, безусловно, свидетельствует о проявленной недобросовестности адвоката и нарушении требований п. 4 ст.8 Кодекса профессиональной этики адвоката, а, следовательно и п. 4 ч.1 ст.7 ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре» №63-ФЗ.

Другую значительную часть занимают нарушения процессуального законодательства, связанные с проявлением неуважения к суду и другим участникам судопроизводства (неявки, опоздания) либо ненадлежащим оформлением адвокатами своих полномочий при осуществлении судебного и иного представительства.

К этой же категории нарушений относятся и неявки надлежаще извещенных адвокатов для проведения запланированных следственных и процессуальных действий. Указанные типичные нарушения представлены в третьей главе обзора.

Имели место в 2017 году также случаи нарушения адвокатами порядка судебных заседаний и порядка проведения следственных действий, которые также следует отнести к нарушениям процессуального законодательства и связанными с неуважением к суду и иным участникам судопроизводства.

 Однако, данные нарушения порядка (судебных заседаний и проведения процессуальных действий) носили единичный характер, а посему не вошли в обзор.

В отдельную категорию выделены дисциплинарные проступки, повлекшие нарушение права на защиту (четвертая глава).

В пятой главе приведены примеры решений о прекращении дисциплинарных производств вследствие отсутствия в действиях адвоката нарушения норм Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» и Кодекса профессиональной этики адвоката. Всего в 2017 году принято 42 таких решения.

Данный обзор дисциплинарной практики имеет целью помочь адвокатам в своей деятельности избегать ситуаций, ставших основанием для привлечения их коллег к дисциплинарной ответственности.

Часто, казалось бы, внешне похожие ситуации – либо становятся основанием для дисциплинарной ответственности, либо нет.

Для того, чтобы уметь правильно и профессионально выстроить линию своего поведения в пограничной ситуации, адвокату важно знать и понимать те принципы, в соответствии с которыми принимаются те или иные решения по итогу дисциплинарного разбирательства.

Наглядным примером таковых могут стать соответственно случаи привлечения к дисциплинарной ответственности и прекращения дисциплинарного производства в отношении адвокатов за неявки и опоздания в судебные заседания (главы 3 и 5 соответственно).   

1.      Ненадлежащее оформление договорных отношений с доверителем.

Надлежащее исполнение своих обязанностей перед доверителем предполагает не только оказание квалифицированной юридической помощи, но и оформление договорных отношений с доверителем при представлении их интересов перед третьими лицами в строгом соответствии с законом.

 Согласно статье 25

Источник: http://www.palatask.ru/forlawers/disciplinary.html

Автоматизация магазина

Соответствует ли требованиям закона данное решение?

Подключите фискальный регистратор и сканер штрих-кодов к ноутбуку и запустите на нем автоматизированное рабочее место продавца — МойСклад. Автоматизация магазина розничной торговли практически по цене фискального регистратора готова! Данное решение полностью соответствует новым требованиям 54-ФЗ. Экономия составит не менее 60% по сравнению с покупкой традиционной POS-системы.

Оцените и другое преимущество нашего продукта. Кроме программы АРМ продавца в магазине, сервис МойСклад предлагает полнофункциональный бэк-офис, работающий в режиме онлайн. Это позволит вам в режиме реального времени следить за динамикой продаж и остатками товара по каждой торговой точке, не выходя из дома.

Работа с любого компьютера, ноутбука, нетбука или планшетника, подключенного к интернету

Удобный простой интерфейс: ничего лишнего. Подходит для Windows, Linux, Android и iOS. Регистрация продаж, расчет сдачи, работа с возвратами, закрытие смены. Поддержка сканера штрих-кодов, печать товарных чеков. Печать этикеток и ценников.

Управляйте товарами, ценами, скидками на разных торговых точек из единого центра, формируйте сводную отчетность. Настройте для покупателей бонусные программы.

Соответствует 54-ФЗ. Офлайн-режим и интеграция с фискальным регистратором. Интеграция с МодульКассой и смарт-терминалами Эвотор. Подключение терминалов Verifone и PAX для оплаты картами — в приложении для Android.

Управление любым количеством торговых точек

Контроль за размером сдаваемой выручки, статистика продаж в разрезе торговых точек. Планирование склада, автоматическое формирование заказов поставщикам на основе статистики продаж. Поддержка нескольких складов. Работа с комплектами. ГТД, партии, серийные номера, характеристики товаров, штрих-коды, упаковки.

Визуальный редактор ценников и этикеток, массовая печать. Аналитические отчеты и работа с ассортиментом. Инвентаризации. Отчеты комиссионера. Отчеты по остаткам, оборотам, прибыльности. Печать документов: ТОРГ-12, ТТН, счета-фактуры, ИНВ-3, М-11, МХ-1 и других. Все возможности складского учета и работы с поставщиками.

Рабочее место кассира-продавца полностью соответствует требованиям последней редакции 54-ФЗ

С 2017 года в торговых точках должна применяться онлайн-ККТ с функцией передачи данных в ОФД. В чеках обязательны наименования товаров с количествами и ставками НДС по каждой строке, введены новые типы фискальных документов.

К розничному решению МоегоСклада легко подключить фискальные регистраторы, сертифицированные под новый закон. Программа поддерживает новые фискальные документы, в том числе: возврат прихода, отчеты об открытии/закрытии смены и состоянии расчетов, чеки коррекции. Есть возможность ввода email или телефона покупателя для отправки ему чека в электронном виде.

Сервис МойСклад предлагает программу АРМ продавца в магазине.

  • Софт не требует инсталляции на конкретном устройстве. Подготовка к началу работы занимает минимум времени.
  • Программа отличается легкостью использования. Работать с АРМ могут даже сотрудники, обладающие небольшим опытом.
  • Использование современных технологий. Снижаются требования к программному обеспечению и оборудованию. Рабочее место функционирует онлайн.
  • Удобный интерфейс. Визуально он напоминает клавиатуру традиционной кассы. Автоматизация розничной торговли благодаря ему осуществляется быстро. Приложение могут освоить даже сотрудники, которые раньше работали только на обычных ККМ.
  • Офлайн-режим. Ваши продажи не встанут даже при отсутствии доступа к интернету.

Достоинства сервиса МойСклад

  • Широкие возможности для пользователя. Вы всегда можете не только подготовить и организовать рабочее место продавца, но и обеспечить комплексную автоматизацию розничной торговли.
  • Внушительная функциональность. После автоматизации магазина розничной торговли вы сможете вести склад, управлять отпуском и поступления товаров, контролировать движение финансов, планировать закупки. Также сервис позволяет регистрировать основные учетные операции и работать с контрагентами. Поддерживается работа по комиссионным договорам, включая автоматическое формирование отчетов комиссионера.
  • Быстрая и простая подготовка к работе. Интерфейс решения максимально понятен и прост. Специалистам не потребуется специальных навыков.
  • Гибкость настроек. Сервис автоматизации розничной торговли можно быстро адаптировать к специфике конкретного магазина.
  • Широкие возможности для руководителя. Автоматизация розничной торговли позволит вам контролировать выручку, продажи, иные важные показатели предприятия. Рабочее место и бэк-офисные возможности позволяют формирование любой отчетности, ведение статистики, анализ, оперативное и стратегическое планирование.
  • Бесплатно для одного пользователя. Безвозмездная автоматизация магазина стала возможной!
  • Наличие готовых шаблонов документов. Благодаря этому ваш розничный магазин может работать эффективнее и быстрее.
  • Возможности для объединения в одной системе нескольких филиалов или подразделений.
  • Поддержка специалистов по телефону и email. Возникли проблемы во время автоматизации магазина? Обращайтесь!

Источник: https://www.moysklad.ru/reshenija/avtomatizacija-magazina/

Обзор судебно-арбитражной практики рассмотрения споров, возникающих при применении закона № 223-ФЗ

Соответствует ли требованиям закона данное решение?

Беляева Ольга Александровна, Доктор юридических наук Ведущий научный сотрудник Института законодательства и сравнительного правоведения при Правительстве Российской Федерации

1. Установление требований к участникам закупки.

Позиция 1.

Заказчик объявил о проведении закупки путем приглашения делать оферты, установив к участникам закупки требование о наличии уставного капитала в размере не менее 1 млрдруб. Участник закупки, чья заявка была отклонена, обратился в арбитражный суд с иском о признании документации о закупке недействительной, так как она не соответствует требованиям закона № 223-ФЗ.

В удовлетворении иска судом было отказано, поскольку требования документации о наличии уставного капитала в определенном размере в отношении участников закупки установлены обоснованно.

(См. постановление ФАС Волго-Вятского округа от 23.10.2013 г. по делу № А29-1623/2013).

Решением антимонопольного органа заказчик признан нарушившим антимонопольное законодательство при проведении открытого запроса предложений по отбору организации для оказания услуг по охране офисов общества.

Среди прочего, антимонопольный орган посчитал незаконным требование о согласовании частных охранных организаций, которые в будущем должны обеспечить безопасность офисов заказчика, со службой безопасности собственника здания, в котором расположены офисные помещения.

Суд признал решение антимонопольного органа незаконным, посчитав, чтов действиях заказчика нет антиконкурентной направленности, создания неоправданных препятствий участникам закупки.

(См. постановление ФАС Северо-Западного округа от 26.09.2013 г. по делу № А52-326/2013).

Позиция 2.

Заказчик при проведении конкурса по выбору банка для осуществления расчетно-кассового обслуживания установил требования к показателям финансово-хозяйственной деятельности участника закупки (размер прибыли, рост активов, рост капитала). Решением антимонопольного органа заказчик был признан нарушившим антимонопольное законодательство.

Суд оставил данное решение в силе, посчитав, что действия заказчика по установлению таких требований привели к необоснованным ограничениям и дискриминации по отношению к участникам конкурса.

(См. постановление ФАС Северо-Западного округа от 20.09.2013 г. по делу № А56-77372/2012).

Организатор закупки на право заключения договора поставки электрооборудования установил в предквалификационной документации требования, не относящиеся к техническим характеристикам закупаемого товара, а именно: наличие у претендентов договора поставки, дилерского, субдилерского, дистрибьюторского договора; опыта работы на рынке торговли электрооборудованием; наличие рекомендательных писем (отзывов).

Суд поддержал позицию антимонопольного органа о том, что подобные требования являются незаконными, поскольку накладывают на участников закупки не предусмотренные законом обязанности, ограничивают конкуренцию, т.к. не обладают измеряемыми характеристиками, позволяют участникам действовать недобросовестно.

(См. постановление ФАС Уральского округа от 18.07.2013 г. № Ф09-6268/13 по делу № А71-11660/2012).

Антимонопольный орган признал заказчика нарушившим антимонопольное законодательство, так как к участникам конкурса на право заключения договоров поставки каменного угля было установлено требование о наличии у них опыта выполнения аналогичных договоров не менее трех лет.

Суд поддержал позицию антимонопольного органа, посчитав, что установление требования о наличии опыта работы ведет к ограничению доступа к участию в конкурсе, сокращает число потенциальных участников и может привести к ограничению конкуренции на рынке поставки каменного угля.

(См. постановление ФАС Дальневосточного округа от 25.12.2013 г. № Ф03-6078/2013 по делу № А73-6180/2013).

2. Заключение договора по результатам закупки.

Победитель закрытого конкурса на право заключения договора на выполнение работ по бурению скважины в процессе переговоров по согласованию условий договора приступил к мобилизации буровой установки. Однако организатор конкурса аннулировал его результаты, поскольку победитель конкурса не подписал в установленный срок переданный ему договор.

Победитель конкурса (истец) посчитал, что ответчик (организатор конкурса) уклоняется от подписания договора, и  обратился в суд с иском о понуждении к заключению договора на выполнение работ по бурению скважины в соответствии с условиями протокола оценки и сопоставления заявок на участие в закрытом конкурсе.

В удовлетворении иска судом было отказано, поскольку суд установил, что представленный истцом проект договора не соответствовал требованиям конкурсной документации (были внесены существенные изменения в техническое задание, стоимость работ), победитель конкурса не вправе изменять условия договора, предложенного организатором конкурса.

(См. постановление ФАС Волго-Вятского округа от 02.10.2013 г. по делу № А82-15113/2012).

Истец, признанный единственным участником проведенного ответчиком запроса цен на право заключения договора поставки дверей, требует понудить заказчика заключить с ним договор.

В удовлетворении искового требования судом отказано, т.к. у заказчика нет обязанности заключить договор по результатам закупки в форме запроса цен, такая процедура не является торгами.

Источник: http://auctionvestnik.ru/node/190

Калиновский К.Б. Презумпция недопустимости доказательства, полученного с нарушением уголовно-процессуального закона

Соответствует ли требованиям закона данное решение?

В судебной практике довольно часто суд, рассматривая в ходе предварительного слушания ходатайство стороны защиты об исключении доказательств из числа допустимых, откладывает решение вопроса о признании доказательств недопустимыми или допустимыми на стадию судебного разбирательства.

Так, Новосибирский областной суд в постановлении о назначении судебного заседания отклонил ходатайство защитника подсудимого П.

о признании доказательств недопустимыми, указав, что оно является преждевременным, безусловных оснований для исключения доказательств не усматривается и окончательное решение по этому вопросу можно принять лишь в ходе судебного разбирательства.1

По существу, в такой ситуации суд констатирует наличие сомнений в допустимости или недопустимости доказательств и недоказанность оснований для их исключения. Правило о том, как разрешать сомнения в такой ситуации и против какого участника уголовного процесса толковать последствия недоказанности, на наш взгляд, представляют собой презумпцию.2

Складывающаяся судебная практика отложения вопроса о признании доказательств недопустимыми основана на презумпции допустимости доказательств. Представляется, что применение данной презумпции не соответствует требованиям ни уголовно-процессуального закона, ни Конституции Российской Федерации.

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации в своих постановлениях от 8 декабря 2003 г. N 18-П, от 14 июля 2005 г. N 8-П, от 17 ноября 2005 г.

N 11-П, право на судебную защиту относится к основным неотчуждаемым правам и свободам человека и одновременно выступает гарантией всех других прав и свобод (статья 46, части первая и вторая); право на судебную защиту предполагает использование при осуществлении правосудия только тех доказательств, которые получены с соблюдением требований закона (статья 50, часть вторая). Расположение статьи 50 в главе 2 Конституции Российской Федерации «Права и свободы человека и гражданина» означает, что исключение из судопроизводства доказательств, полученных с нарушением закона, является конституционным правом человека, которое как составная часть более общего конституционного права на судебную защиту в соответствии с частью третьей статьи 56 Конституции Российской Федерации ограничено быть не может.

Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации устанавливает механизм обеспечения данного конституционного на различных этапах досудебного и судебного производства (статьи 75, 88, 235 ч. 5 ст. 335 УПК РФ).

Предостерегая правосудие от использования доказательств, полученных с нарушением федерального закона, законодатель специально предусмотрел процедуру исключения доказательств до начала судебного разбирательства – в ходе предварительного слушания дела, первым основанием для проведения которого является наличие ходатайства стороны об исключении доказательств (пункт 1 части второй статьи 229 УПК РФ). Регламентируя процедуру рассмотрения ходатайства об исключении доказательств в ходе предварительного слушания, закон указывает средства проверки допустимости доказательств (допросы свидетелей, исследование документов – часть восьмая статьи 234 и часть третья статьи 235 УПК РФ), возлагает бремя опровержения доводов стороны защиты о нарушении процессуальных норм при получении доказательства на прокурора – часть четвертая статьи 235 УПК РФ, а также закрепляет возможность на следующей стадии повторно рассмотреть вопрос о признании ранее исключенного доказательства допустимым – часть седьмая статьи 235 УПК РФ.

Это свидетельствует о том, что при разрешении данного ходатайства суд обязан руководствоваться презумпцией недопустимости доказательства, полученного с нарушением федерального закона.

Данная презумпция является проявлением более общей презумпции невиновности и также обязывает суд толковать сомнения в допустимости доказательств в пользу обвиняемого.

Если прокурор как государственный обвинитель не выполнил возложенное на него законом бремя опровержения доводов стороны защиты о том, что обвинительные доказательства получены с существенным нарушением закона, то решение по этому вопросу принимается не в пользу стороны обвинения – эти доказательства признаются недопустимыми.

Использование презумпции недопустимости доказательства, полученного с нарушением федерального закона, обязывает суд в ходе предварительного слушания рассмотреть ходатайство об исключении доказательства по существу, а не откладывать его разрешение на стадию судебного разбирательства.

Как отметил Конституционный Суд Российской Федерации в своем определении от 25.01.

2005 N 42-О, отказ от рассмотрения и оценки обоснованности доводов защиты, изложенных в ее обращении к осуществляющим уголовное судопроизводство органам, создает преимущества для стороны обвинения, искажает содержание ее обязанности по доказыванию обвинения и опровержению сомнений в виновности лица, позволяя игнорировать подтверждающие эти сомнения данные, что способно нарушить взаимосвязанные конституционные принципы состязательности, равноправия сторон в судопроизводстве и презумпции невиновности.

Вместе с тем процессуальный закон предусматривает возможность исключения недопустимых доказательств и в стадии судебного разбирательства.

Согласно части пятой статьи 335 УПК РФ, судья по собственной инициативе, а также по ходатайству сторон исключает из уголовного дела доказательства, недопустимость которых выявилась в ходе судебного разбирательства.

Данная норма является дополнительной гарантией вынесения правосудного решения и реализации конституционного права человека и гражданина на исключение доказательств, полученных с нарушением закона, и не может рассматриваться как позволяющая откладывать решение об исключении доказательства на стадии предварительного слушания.

В этой связи представляются неправомерными доводы судьи Новосибирского областного суда, сделанные в ходе предварительного слушания по уголовному делу в отношении П.

, о том, что окончательное решение о допустимости или недопустимости ряда доказательств следует принять после непосредственного исследования последних в судебном заседании и выяснении всех обстоятельств производства следственных действий.

Такая ошибка, как представляется, вызвана смешением различных понятий допустимости доказательств, означающей законность их получения, и их достоверности, означающей соответствие их объективной действительности.

Проверка достоверности доказательств действительно требует сопоставления их с другими материалами дела, получения иных доказательств, подтверждающих или опровергающих проверяемое доказательство.

Суд не учел, что допустимость доказательств является не только гарантией их достоверности, но и обеспечивает соблюдение прав участников судопроизводства в ходе проведения следственных действий, в том числе права обвиняемого на защиту от обвинения.

Проверка законности получения доказательств не требует исследования всей совокупности материалов дела и по этой причине процессуальный закон предписывает проводить ее именно в ходе предварительного слушания дела.

Предварительное слушание дела как и судебное разбирательство проводится в судебном заседании и является формой осуществления правосудия (пункт 50 статьи 5 УПК Российской Федерации), отказ в отправлении которого на том лишь основании, что это требует проверки и оценки доказательств является необоснованным.3

Рассматривая вопрос о процедуре исключения доказательств, Конституционный Суд Российской Федерации в Определении от 23 мая 2006 г. № 154-О по делу И.С.

Дружинина указал, что Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации не исключает возможность переноса решения вопроса о допустимости доказательств на более поздний этап судопроизводства в тех случаях, когда несоответствие доказательства требованиям закона не является очевидным и требует проверки с помощью других доказательств, что вовсе не равнозначно разрешению использования в процессе недопустимых доказательств, под которым понимается обоснование этими доказательствами решений или действий по уголовному делу.

В другом определении по этому вопросу Конституционный Суд Российской Федерации отметил, что нормы УПК Российской Федерации не освобождают суд от обязанности исследовать доводы участников судебного разбирательства о признании тех или иных доказательств не имеющими юридической силы и при возникновении сомнений в допустимости или достоверности этих доказательств – отвергнуть их в соответствии с требованиями статей 49 (часть 3) и 50 (часть 2) Конституции Российской Федерации (Определение от 12 июля 2005 г. № 323-О по делу В.И. Шейченко).

Указанные позиции Конституционного Суда Российской Федерации указывают на запрет произвольного отложения принятия решения по заявленному стороной защиты ходатайству, и подчеркивают, что нормы УПК Российской Федерации в их системе не допускают использование недопустимых доказательств, поэтому не только в ходе предварительного слушания, но и в стадии судебного разбирательства такие доказательства должны быть исключены.

Представляется, что признание в теории судопроизводства и применение на практике презумпции недопустимости доказательства, полученного с нарушением федерального закона, позволит более полно реализовать требования части второй статьи 50 Конституции Российской Федерации.

Сноски и примечания

1 Эта же проблема отмечается и в юридической литературе. См.: Васяев А.А. Немотивированный отказ суда и судьи удовлетворить заявленное участниками процесса ходатайство – нарушение принципа законности в уголовном судопроизводстве. // Российский судья.

2007. N 8; Карпенко В.М. Субъекты оценки доказательств в уголовном процессе России. // Российский следователь. 2008. № 1; Максимова Т.Ю. Некоторые вопросы признания доказательств недопустимыми на предварительном слушании. // Российский судья. 2007. № 4.

2 В данном случае под правовой презумпцией мы понимаем способ установления юридических фактов, при котором юридический факт предполагается существующим на основании какого-либо явления объективной действительности. Об этом см.

: Калиновский К.Б. Отграничение правовых презумпций от обоснования юридических норм. // Философия и право: Материалы Международной научно-практической конференции, 28 февраля 2006 года. СПб.: Издательство СПбГУП, 2006. С. 60-62.

Источник: http://kalinovsky-k.narod.ru/p/2009-1.htm

Всё о кредитах
Добавить комментарий