Ввод пароля от телефона в случае его изъятия при обыске

Изъятие компьютерной техники по уголовному делу

Ввод пароля от телефона в случае его изъятия при обыске

Развитие компьютерной техники и различных гаджетов, их широкое внедрение в различные сферы человеческой деятельности в сочетании с интернетом привело к тому, что практически каждое действие человека оставляет цифровой след.

В связи с этим в 2012 году российский законодатель внес соответствующие изменения в Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации о правилах проведения следственных действий, сопровождающихся изъятием электронных носителей информации (и информации на них), имеющих доказательственное значение для расследования преступлений. Личные и корпоративные электронные носители информации могут быть изъяты следствием как по обоснованным подозрениям, так и в рамках проработки версии преступления, которая в будущем не подтвердится. Поскольку разнообразие противоправных действий, объектом и орудием совершения которых являются цифровые носители информации, постоянно расширяется, следствие прибегает к их изъятию всё чаще. В подобном контексте чёткое понимание порядка изъятия электронных устройств, а также прав их владельцев при осуществлении следственных действий поможет обезопасить себя от злоупотреблений, избежать простоя в работе, а также случайной или временной утери данных, необходимых человеку или предприятию в своей личной, профессиональной и экономической деятельности.

Согласно подп. 3.1.9 ГОСТа 2.

051-2013, под “электронным носителем” понимается материальный носитель, используемый для записи, хранения и воспроизведения информации, обрабатываемой с помощью средств вычислительной техники.

На практике это могут быть различные носители: компьютеры, мобильные телефоны, блоки, устройства, составляющие материальную часть компьютерной системы, серверы, кассовое оборудование и иные гаджеты.

Изъятие электронных носителей информации может производиться в организациях и жилищах граждан для целей расследования разных преступлений: кража, убийство, террористические акты, превышение полномочий, преступления в сфере экономической деятельности (например, уклонение от уплаты налогов организацией, отмывание денег), кибер-преступлений, а также при расследовании по факту распространения запрещённой на территории РФ информации (например, призывы к нарушению территориальной целостности, призывы к экстремизму, и даже клевета).

Например, летом 2016 года ФСБ во время обыска в редакции радиостанции “Эхо Москвы” изъяла переписки сотрудников сайта Эха с известным политологом, публицистом Андреем Пионтковским по факту публикации на сайте Эха “экстремистской” статьи Пионтковского о Чечне, которая, по версии ФСБ, содержала призывы к нарушению территориальной целостности России и провоцировала нагнетание ненависти по признаку национальной принадлежности. Пионтковский покинул Россию, опасаясь уголовного преследования. Тенденция признания статей, опубликованных в сети, «экстремистскими» растёт, что ставит под угрозу свободу слова и ущемляет права независимых СМИ.

В марте 2018 года в Магадане полицейские изъяли телефоны и сим-карты у местных жителей, которые состоят в групповых чатаx (в том числе в мессенджере WhatsApp) и сообществах соцсетей, посвященных движению, выступающему за возвращение процедуры прямых выборов мэра.

У жительницы города Натальи правоохранители изъяли телефон в рамках расследования уголовного дела по статье 319 УК РФ об оскорблении представителя власти, т.е. главы города Юрия Гришана.

Если «магаданское дело» получит дальнейшее развитие, это может пагубно сказаться на свободе граждан выражать своё мнение даже в групповых чатах, доступных для чтения только для их участников.

Органы, уполномоченные изымать носители информации для расследования преступлений: ФСБ, МВД.

Что необходимо знать, если в вашей организации при обыске/выемке изымаются электронные носители информации:

Основания изъятия

● Обыск и выемка в организации производятся на основании постановления следователя, которое следователь должен предъявить до начала обыска/выемки.

Выемка и обыск, в целом, сходны: имеют единые цели (изъятие предметов, орудия, оборудования, документов, инструментов, имеющих значение для уголовного дела), а также процедура практически одинакова.

Различие между выемкой и обыском заключается в том, что при выемке органу следствия уже известно место нахождения предмета, подлежащего изъятию, поэтому поиск при производстве данного следственного действия не предполагается.

● Выемка предметов и документов, содержащих государственную или иную охраняемую федеральным законом тайну, предметов и документов, содержащих информацию о вкладах и счетах граждан в банках и иных кредитных организациях, а также вещей, заложенных или сданных на хранение в ломбард, производится на основании судебного решения.

Процедура изъятия

● Обыск и выемка должны производиться в присутствии понятых и должен вестись протокол.

● Об обыске/выемке заранее правоохранительные органы не предупреждают, внезапность – их ключевой тактический прием, ведь целью следственного действия являются своевременное нахождение и изъятие имеющих значение для дела электронных носителей.

● У владельца электронного носителя или обладателя информации, находящейся на электронном носителе, есть право получить копию информации, находящейся на изымаемых носителях, путем ее копирования на другие электронные носители информации. Об этом делается запись в протоколе.

При производстве выемки не допускается копирование информации, если это может воспрепятствовать расследованию преступления либо, по заявлению специалиста, повлечь за собой утрату или изменение информации. По смыслу закона, это означает, что следователь должен обосновать отказ в копировании информации.

Вы также вправе получить копии по ходатайству уже после производства обыска/выемки в порядке, установленном ст. 81.1 УПК РФ и Постановлением Правительства №481 от 22 апреля 2017 г.

● Закон не обязывает владельца электронного носителя предоставлять пароли доступа к информации на носителях или ключи для расшифровки.

● В статьях УПК РФ об обыске и выемке (182, 183 УПК РФ) упоминается специалист, который участвует при производстве изъятия носителей информации.

Его присутствие не обязательно, это право следователя привлечь специалиста, но не обязанность (ст. 168 УПК РФ).

Как правило, для обнаружения, фиксации, изъятия компьютерного блока, ноутбука или карты памяти следователю достаточно общих криминалистических знаний.

Возврат электронных носителей

● Электронные носители информации могут быть возвращены, если они не признаны вещественными доказательствами (ст. 81.1 УПК РФ). Срок признания носителей вещдоками составляет от 10 до 30 суток (п.2 ст. 81.1 УПК РФ).

● В случае назначения судебной экспертизы по вопросу признания или непризнания носителей вещдоками, срок их возврата соответственно увеличивается на срок проведения экспертизы.

● Если ваши электронные носители не признаны вещдоками, их должны возвратить не позднее 5 суток с даты вынесения постановления о возврате.

Хорошей новостью для организаций представляется предложение Минюста запретить правоохранительным органам блокировать работу фирм во время предварительного следствия, изымая у них технику и электронные носители информации.

Ведь изъятие и выемка электронных носителей зачастую лишает предпринимателя возможности продолжить работу во время следственных действий. Ведомство начало разработку соответствующего законопроекта по поручению президента.

Президент, комментируя изъятие компьютеров на предприятиях во время следственных действий, отметил: “Нужна какая-то доказательная база — сделайте копии”, недопустимо вскрывать счета предприятия или создавать иные проблемы в его работе.

Обыск/выемка электронных носителей в жилище гражданина производятся по аналогичной процедуре, однако основанием для этого может быть только судебное решение, принимаемое в порядке ст. 165 УПК РФ.

Судебная компьютерно-техническая экспертиза

При необходимости следователь может назначить судебную компьютерно-техническую экспертизу (СКТЭ) в отношении изъятых в ходе следственных действий электронных носителей информации, о чем выносится постановление (ст. 195 УПК РФ).

Экспертиза производится государственными судебными экспертами и иными экспертами из числа лиц, обладающих специальными знаниями.

Большинство экспертиз проводится в государственных судебно-экспертных учреждениях, организованных в системе федеральных органов исполнительной власти – Минюста России, Министерства здравоохранения Российской Федерации.

Цели СКТЭ: выявление и изучение роли изъятого носителя информации в расследуемом преступлении; поиск, обнаружение, анализ и оценка криминалистически значимой информации на электронных носителях.

Виды СКТЭ: аппаратно-компьютерная (экспертиза технических (аппаратных) средств компьютерной системы), программно-компьютерная (экспертиза исходного кода, ПО), информационно-компьютерная (экспертиза данных: текстовых, графических, аудио, видео, документов и т.п).

Вопросы для судебной компьютерно-технической экспертизы ставятся следователем, назначающим судебную экспертизу. В зависимости от вида расследуемого преступления могут быть поставлены следующие:

– Какого вида информация (явная, скрытая, удаленная, архивированная);

– Тип выявленной информации (текстовая, графическая, база данных, таблицы);

– Каким образом организован доступ (свободный, ограниченный) к данным на носителе информации, каковы его характеристики;

– Вопросы об обстоятельствах работы пользователя (хронология посещений сайтов, функционирование электронной почты, переписка и обмен информацией в Интернет-мессенджерах);

– Вопросы о наличии информации, нарушающей авторские права;

– Вопросы о наличии противоправной информации (например, детская порнография);

– Вопросы о наличии вредоносного программного обеспечения или нелицензионного программного обеспечения;

В целом, вопросы ставятся на предмет наличия информации, имеющей отношение к расследуемому преступлению.

Например, в деле об аресте математика Дмитрия Богатова (узника Тора), которого задержали по подозрению в распространении призывов к участию в несогласованной акции протеста и призывов к терроризму, была изъята компьютерная техника Богатова и назначены комплексные компьютерно-технические судебные экспертизы.

Соответственно, были поставлены вопросы о наличии в изъятой технике противоправных материалов и доказательств, связывающих Богатова с призывами к терроризму и несогласованной акции, опубликованными на форуме сайта sysadmins.ru пользователем “Айрат Баширов”.

Экспертизы длились 8 месяцев, в результате не было обнаружено никаких противоправных материалов и доказательств, связывающих Богатова с инкриминируемыми преступлениями.

Выше мы указали, что получение доступа к переписке и ее анализ также могут быть включены в СКТЭ, что потенциально нарушает право на тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений, гарантированное статьей 23 Конституции РФ.

В январе 2018 года Конституционный суд РФ в своем определении указал, что проведение осмотра (ст. 177 УПК РФ) и экспертизы информации, находящейся в электронной памяти изъятых абонентских устройств, не предполагает вынесения об этом специального судебного решения.

Таким образом, следователь может получить доступ к переписке на основании вынесенного им постановления. Определение Конституционного суда было вынесено по жалобе Дмитрия Прозоровского, отбывающего наказание в виде лишения свободы.

Заявитель оспаривал три статьи УПК РФ — «Основания производства осмотра» (статья 176 УПК РФ), «Порядок производства осмотра» (статья 177 УПК РФ) и «Порядок назначения судебной экспертизы» (статья 195 УПК РФ).

В жалобе указано, что положения этих статей не соответствуют сразу шести статьям Конституции РФ, поскольку, по его утверждению, они нарушают право на тайну переписки, почтовых, телеграфных и иных сообщений.

Подобная позиция Конституционного суда порождает риски утечки информации к третьим лицам или недобросовестным конкурентам, вследствие чего будет нанесен непоправимый вред чести, достоинству и репутации гражданина или бизнесу. Существует и противоположное мнение о том, что данное Определение КС РФ помогает упростить процедуру изъятия электронных носителей информации и средств связи, а также минимизирует риск уничтожения доказательств обвинения.

В любом случае, рекомендуется устанавливать пароли на любые цифровые носители информации и шифровать содержимое.

Заключение

Развитие цифровых технологий привело к процветанию киберпреступности и появлению новых форм противоправного поведения в сети, средствами которого являются электронные носители информации.

Количество выемок и обысков растет, поиск и изъятие цифровых доказательств получает все большее значение в расследованиях преступлений, однако не всегда изъятие электронных носителей в итоге оказывается обоснованным.

Поэтому важно знать свои права и процедуру при внезапных визитах правоохранителей, а также необходимо заранее позаботиться о внутренней защите данных, например, сохранить резервную копию данных, использовать облачные хранилища данных, чтобы не лишиться значимой информации, необходимой вам для работы и иных нужд. 

Источник: https://digitalrights.center/blog/izyatie-kompyuternoy-tekhniki-po-ugolovnomu-delu/

Советы юриста. Что изымут при обыске

Ввод пароля от телефона в случае его изъятия при обыске

Одна из самых неприятных ситуаций, которые могут возникнуть в жизни, это обыск, и лучше уж быть к этому подготовленным. В первой части публикации речь шла об общих сведениях и общих советах, как вести себя при обыске. Ниже пойдет о том, что изымут при обыске.

Если речь идет о политических делах, то следователи и оперативники, как правило, не имеют цели найти что-то конкретное. Самое важное для них – изъять все электронные носители: так они смогут получить доступ к вашей личной информации.

Электронную почту или аккаунты в социальных сетях могут взломать удаленно. Так же можно заранее «обыскать» ваш мобильный телефон – поставить его на прослушку. Но у людей, которые приходят к вам с обыском, другие цели.

При выборе места хранения тех вещей, которые вы хотите скрыть, помните: к родственникам и самым близким вам людям тоже могут прийти с обыском

Во-первых, изъятие компьютера позволяет просмотреть сразу все его содержимое, а не только то, что вы делаете в интернете. Во-вторых, информацию, найденную на изъятом электронном носителе, можно оформить юридически, ведь она попадает в дело совершенно законно.

Результаты незаконной прослушки и удаленного взлома трудно вложить в дело. Конечно, они могут написать: «По нашей информации, которую мы не скажем, откуда взяли, есть то-то и то-то». Но доверия таким данным нет.

А чтобы можно было представить их в суде – нужен обыск и следственные действия.

Помимо компьютеров и мобильных телефонов, у вас заберут все флешки и съемные карты памяти, планшетные компьютеры, внешние жесткие диски и даже фотоаппараты.

Помните, что правоохранители будут ревностно искать все, что хоть отдаленно напоминает экстремистские материалы. Поэтому не держите у себя агитационную продукцию (литературу, флаги и брошюры и т.д.). Изъять также могут наличные деньги, банковские карточки, личную переписку и дневники, фотографии и видеокассеты, DVD-диски.

При выборе места хранения тех вещей, которые вы хотите скрыть, помните: к родственникам и самым близким вам людям тоже могут прийти с обыском.

Заранее продумайте, какие из находящихся в доме вещей вы хотели бы уберечь от изъятия. Заранее придумайте, куда их можно спрятать. В любой квартире можно устроить своеобразный «схрон» – оглядитесь повнимательнее.

Практическая рекомендация: спрятав телефон и ноутбук, оставьте на видном месте старые мобильник и компьютер, которыми вы давно не пользуетесь. Если при обыске вообще не обнаружат телефона, то сразу поймут, что вы его куда-то спрятали.

А если обнаружат муляж, скорее всего, удовлетворятся и этим.

Средства связи

Так как телефон у вас изымут, даже если вы спрячете его в карман, а времени удалить все звонки, эсэмэски и доступы к социальным сетям через мобильные приложения у вас, возможно, не будет, стоит установить на мобильник систему «Антивор». Эта система блокирует работу телефона, когда в него вставляют чужую сим-карту, если человек успел вынуть свою и сломать.

Выбрасывать телефон в окно не имеет смыла, т.к. есть вероятность, что кто-то из оперативников останется на улице, опасаясь именно этих действий с вашей стороны

Наличие более или менее продвинутого «Антивора» позволяет удаленно заблокировать и даже стереть все данные на конфискованном телефоне. Это умеют делать программы Cerberus, WatchDroid и LMaxi. А также антивирусы avast! Mobile Security и ESET NOD32 Mobile Security – последний особенно рекомендуют.

Если же следственная группа уже стоит у вас под дверью, а вы не обезопасили свой телефон заранее, то вариантов несколько. Первый: уничтожить материнскую плату или карту памяти (если она съемная) – понятно, что телефон в этом случае работать уже не будет никогда. Второй вариант: в меню телефона нужно найти функцию возврата к заводским настройкам.

Выбрасывать телефон в окно не имеет смыла, т.к. есть вероятность, что кто-то из оперативников останется на улице, опасаясь именно этих действий с вашей стороны.

Компьютер

Наиболее ценную и/или личную информацию хранить в компьютере, если вы опасаетесь обыска, строго запрещено, держать такие сведения только в голове. Самое важное хранить на отдельных жестких дисках (картах памяти), а сами диски нужно оставлять в банковских ячейках. Желательно не на свое имя, а на имя каких-нибудь родственников.

Если желание максимально себя обезопасить настолько серьезно, что вы готовы разобраться с шифрованием жесткого диска или конкретной папки с файлами, то рекомендуются следующие программы: Folder Lock, Advanced Encryption Package Pro и SafeHouse Personal Edition.

Все они стоят денег, но зато содержат достаточно сложные алгоритмы и вполне просты в использовании (потребуется минимальное знание английского языка). Тем не менее профессионалы в IT-сфере считают, что любой, даже самый сложный способ шифрования поддается взлому.

Поэтому есть еще один вариант – облачные технологии. Заведите аккаунт в Dropbox или Google Drive, не устанавливая их виртуальные папки на свой компьютер. Электронный почтовый ящик, который вы будете указывать при регистрации своего виртуального диска, должен быть известен только вам, использовать его в каких-либо переписках с друзьями и единомышленниками нельзя.

Если вы опасаетесь, что обыск может случиться не сегодня-завтра, то пора заняться очисткой данных

Если вы опасаетесь, что обыск может случиться не сегодня-завтра, то пора заняться очисткой данных. Выйдите из всех почтовых аккаунтов, фейсбука и ЖЖ, удалите файлы cookies, сохраненные в браузере пароли и журнал посещений.

Если есть важная информация на жестком диске, то можно воспользоваться платными программами, которые профессионально уничтожают информацию. Например, Acronis Drive Cleanser или Blancco.

Они быстро и надежно удалят данные без возможности их восстановления или, точнее, потребуют таких людских и технических затрат, что следователи десять раз подумают, стоит ли информация на вашем компьютере таких издержек.

Если же к вам уже пришли, а никаких программ заранее вы не установили, то время, которое у вас осталось, пока вы не открываете дверь и ждете адвоката, можно потратить на физическое уничтожение жесткого диска компьютера. Ваша задача – повредить поверхности блинов жесткого диска. Можно сделать это двумя способами.

Если диск получится вскрыть, внутри вы увидите эти самые блины, над которыми можно измываться любыми доступными способами (идеально подойдет острый нож).

Если диск открыть не удается, необходимо отодрать наклейку, защищающую вакуумное пространство диска, а дальше ножом или острым шилом как следует поцарапать эти самые блины.

Если вы используете современные SSD-накопители, ваша задача – уничтожить микросхему внутри диска. И вот уже здесь вам нужно не что иное, как молоток.

Главное, не пытаться что-то уничтожить при следователях и операх. Могут даже статью впаять – за воспрепятствование предварительному следствию. Если вы изуродовали компьютер, пока были один в квартире, вам ничего не предъявят. Можете сказать, что он упал и разбился.

https://www.youtube.com/watch?v=yk8S8pRPVL0

Все найденное в вашем компьютере, что следователь сочтет ценным для дела, будет подшито к протоколу обыска и использовано против вас в суде

Помните, что после обыска свой компьютер вы увидите еще очень нескоро, так что не стоит хранить в одной квартире сразу несколько ноутбуков.

Если ваш компьютер запаролен (вы имеете право не говорить свой пароль), то срок его пребывания в чужих руках существенно возрастает.

Следователь назначит экспертизу и сдаст вашу технику специалистам – с учетом очередей на экспертизу в ФСБ и управление «К» МВД это может занять многие месяцы.

Все найденное в вашем компьютере, что следователь сочтет ценным для дела, будет подшито к протоколу обыска и использовано против вас в суде.

О том, как действовать, если что-то подбросили во время обыска и о психологических и о тактических приемах следователя – в последующих блогах на эту тему.

Ленура Енгулатова, крымский юрист

Мнения, высказанные в рубрике «Блоги», передают взгляды самих авторов и не обязательно отражают позицию редакции

Источник: https://ru.krymr.com/a/26738734.html

Снесите все файлы заранее!

Ввод пароля от телефона в случае его изъятия при обыске

В оформлении задержанных за административные правонарушения на акции 3 августа появилось нововведение: людей опрашивали в качестве свидетелей по делу о массовых беспорядках, возбужденному после предыдущей акции 27 июля, и в рамках допроса у большинства изымали мобильные телефоны.

Гаджеты приобщали к уголовному делу вне зависимости от того, принимали ли задержанные участие в предыдущем мероприятии.

Корреспондент «Новой» пообщалась с теми, кто расстался со своей собственностью, а также разобралась в том, что нужно делать, если в следующий раз отобрать телефон захотят у вас.

По информации «Новой газеты», у части задержанных 3 августа, чьи смартфоны были изъяты, в начале недели произошли попытки взломов сервиса Telegram, а также — учетных записей Gmail у владельцев смартфонов на базе Android. Кроме того, один из телефонов не был отключен, и владелец отслеживал его геолокацию: во вторник этот iPhone отвезли в Люберцы.

Константин Фокин встретился с двумя друзьями на станции «Тургеневской» в районе 14 часов в субботу, чтобы «прогуляться по бульварам» до «Пушкинской», где они позднее разошлись каждый по своему маршруту.

Сам Константин ненадолго остался около здания «Известий», где присел на тротуар.

«Вокруг меня собралась небольшая толпа, так как особо интересного ничего не происходило, все просто стояли, подходил кто-то даже с плакатами, ну и когда присел рядом, наверное, четвертый человек, к нам подошли сотрудники Росгвардии и забрали нас в автозак», — рассказывает он.

По его словам, росгвардейцы подошли сзади, «выломали руки и потащили», несмотря на то что все «спокойно сидели и почти даже не разговаривали». Более 20 человек, с которыми в одном автозаке оказался Константин, попали в ОВД Ясенево.

Сначала автобус покинули несовершеннолетние, затем единственная девушка, потом зарегистрированный кандидат в Мосгордуму, а после — уже все остальные.

Константин был последним, так как «никуда не торопился» и отказался сразу отдать свой паспорт в отличие от большинства остальных.

Как рассказывает Константин, процесс оформления был понятен не сразу, никто ничего не объяснял. В итоге выяснилось, что есть два параллельных допроса: у группы сотрудников Следственного комитета и у полицейских из ОВД.

Поучаствовать нужно было в обоих, начав с общения с СК в качестве свидетеля по уголовному делу о массовых беспорядках 27 июля, а только затем обсуждая с сотрудниками ОВД мероприятия 3 августа и свое задержание по административному правонарушению.

«Отдельная очередь была организована для сдачи мобильных телефонов. Когда до меня дошла очередь, я попросил объяснить, что вообще происходит, и сказал, что без адвоката участвовать в этом всем не стану», — говорит Фокин.

По его словам, он и другие задержанные сразу обратились в ОВД-Инфо, им прислали юриста, однако полицейские говорили им, что адвокат приехал и сразу уехал, а адвокату сообщали, что никто не просил о его помощи.

Константин утверждает, что в итоге был единственным, кто отказался дать показания без содействия юриста, которого в итоге сам обнаружил на улице, выйдя из здания ОВД, и вернулся на допрос уже с юристом, так как покинуть территорию полицейских через КПП так и не смог.

— Тут встала эта тема с телефоном. Мне говорят: «Вы готовы отдать мобильный?» Я сказал, что вообще-то не хочу, адвокат меня поддержала.

Сотрудники СК сообщили, что тогда будут изымать его принудительно. Привели двух девушек в качестве понятых, полицейского, говорят: «Ну все, вы готовы? Мы изымаем».

Я взял телефон покрепче, но его вырвали из рук. Затем составили протокол об изъятии и дали мне копию.

Влад Докшин / «Новая газета»

Управляющий партнер коллегии адвокатов «Железников и партнеры» Александр Железников говорит, что следователи обладают широким спектром полномочий в этом вопросе и могут изъять телефон и у свидетеля, в том числе через протокол выемки, либо через протокол обыска, но только в рамках уже возбужденного уголовного дела.

Оперативные сотрудники или росгвардейцы в рамках административных правонарушений могут осмотреть телефон исключительно снаружи или под чехлом. «Кроме того, следует обратить внимание, что есть законные требования, есть незаконные требования, а есть просьбы.

 Если при понятых и с протоколом, копия которого есть у задержанного, то это законное требование, а если смартфон просто забрали, и никаких бумаг у вас нет, то это не что иное, как «гоп-стоп», — рассказывает Железников

https://www.youtube.com/watch?v=vI78PTRohXg

По его словам, в силу «изобилия различных квазизаконных действий», которые предпринимаются правоохранителями в этот период, естественно, процедуры игнорируются, но стоит пытаться процессуальные требования соблюдать. «Вы можете со смартфона удалить то, что хотите, но не отдавать силой я бы не рекомендовал», — резюмирует адвокат.

Почти во всех автозаках нашлись провокаторы, которые рассказывали остальным, что отдали телефоны и пароли, и так будет даже лучше.

По данным ОВД-Инфо, в Ясенево привезли 22 задержанных, по крайней мере, один из них остался ночевать там. Телефоны забрали практически у всех. По словам Константина Фокина, время выключить смартфон, выйти из всех приложений, удалить их и вытащить сим-карту у него и у остальных задержанных было.

В ОВД Марьино 3 августа привезли 19 человек. Среди них были Сергей и его друг. Схема работы правоохранителей была идентичной: допрос от следователей СК и от полицейских из самого ОВД, автозак покидали также по одному.

«Мой приятель вышел раньше меня и написал мне сообщение о том, что могут предложить сдать телефон, но ты, мол, не сдавай, — говорит Сергей.

— Когда мне уже в ОВД сказали это сделать, я попытался отказаться, ссылаясь на адвоката, но мне заявили, что будут проблемы и надо сдать, это обязательно, ну пришлось подчиниться». Сергей рассказывает, что телефон положили в пакетик, на котором описали его характеристики, и забрали.

«Больше я его не видел», — говорит Сергей. «Сначала я не беспокоился ни о чем, потому что телефоны обещали вернуть на выходе из ОВД. Но потом прошел слух, что их изымут. Поэтому по возвращении домой я стер его через iCloud, поменял пароли», — говорит он.

Из бумаг Сергей получил на руки только копию протокола об административном правонарушении 3 августа. Никаких документов об изъятии телефона у него не осталось. Из 19 человек телефоны не забрали у двоих: у девушки, так как в ОВД не нашлось понятых женщин, и ее не стали досматривать, и у молодого человека, который просто забыл свой рюкзак в автозаке.

Влад Докшин / «Новая газета»

IT-консультант Фонда борьбы с коррупцией Владислав Здольников говорит, что будущее телефона в руках экспертов из Следственного комитета зависит от того, iPhone это или смартфон на базе Android.

В начале 2018 года израильская компания Cellebrite сообщила своим клиентам о возможности взлома любого смартфона iPhone компании Apple.

В компании утверждают, что ее технологии позволяют обходить блокировку большинства популярных моделей смартфонов на Android и iOS и загружать с устройств файлы владельцев, а также восстанавливать удаленные файлы. При этом для взлома устройства нужен лишь физический доступ к нему.

В марте того же года из данных сайта госзакупок стало известно, что программы и оборудование израильской компании закупают региональные управления ФСБ России, Следственного комитета и МВД. В июне нынешнего года компания рассказала об апгрейде, позволяющем спецслужбам разблокировать любые гаджеты с iOS версии 7 и выше, включая новейшую iOS 12.3.

Владислав Здольников рассказывает, что это не совсем так: «Дорогостоящая программа умеет взламывать некоторые достаточно старые версии iOS, но, по моей информации, это оборудование абсолютно бессильно против последних обновлений, где устранены уязвимости».

На первый взгляд таким образом отсеивается часть потенциально находящихся в опасности смартфонов, но тем не менее есть несколько советов, которые эксперт считает полезными для всех:

— Во-первых, удаление программ не означает выхода из них. То есть если вы снесли с телефона приложения, в ваш аккаунт можно будет зайти, установив там приложение снова. Ведь остается папка с данными, достаточными для входа. Нужно обязательно разлогинить устройство в каждом из сервисов, где вы зарегистрированы. Затем — сменить пароль.

То есть одно из этих действий — удаление приложения, выход из аккаунта или смена пароля — могут быть недостаточной защитой, нужно сделать именно комплекс действий, — советует эксперт.

https://www.youtube.com/watch?v=WWeBSwsV9dk

В особой опасности, по словам Здольникова, находятся те пользователи Android, которые не шифруют файловую систему — таких большинство. «Владельцы последних iPhone могут дышать чуть спокойнее», — резюмирует он. Хотя и для них есть опасности.

Например, если вместо обычного пароля включены функции Face ID или Touch ID, а смартфон изымают насильно, то эти сервисы могут сыграть на руку тем, кто хочет забрать у вас телефон. «Тогда надо попытаться сделать десять коротких нажатий подряд на кнопку выключения. Да, это будет не очень легко.

Но, к сожалению, такие вещи происходят: и к пальцам подносят насильно, и к лицам. Если вы идете на митинг, лучше включать шестисимвольный пароль или больше, как хватит терпения», — говорит Здольников.

Антон Карлинер / «Новая газета»

Сергея Б. задержали 3 августа около театра «Современник» и отвезли в ОВД Красносельский в числе 27 задержанных. В пути всех предупредили, что позднее телефоны заберут, а пока пользоваться ими можно.

«Нам не сказали, что гаджеты приобщат к какому-то уголовному делу, сообщали, что их заберут на время допроса в ОВД», — рассказывает Сергей.

В итоге с помощью сотрудника Следственного комитета Сергей составил некую расписку на имя главы ОВД об изъятии мобильного телефона, вытащил сим-карту, удалил личные записи и несколько приложений, попросил жену дистанционно выйти из всех приложений и оставил смартфон с распиской на столе в актовом зале, сообщив неправильный пароль.

— Я пошел на допрос к следователю. К нам в кабинет ворвался сотрудник полиции и сказал, что телефон пропал или я его не оставил. Обыскали меня, весь ОВД, всех, кто был в комнате, туалет. Телефона нигде не было.

Я предполагаю, что его могла потерять сотрудница СК, но точно не уверен. Телефон старый, я с ним хожу в походы, мне не очень жалко.

Другим задержанным адвокат, который с нами работал, сказал, что это все незаконно, когда я уходил, они еще там оставались, — рассказывает Сергей Б. Никаких документов за свой телефон он не получил.

У Следственного комитета есть собственная экспертиза, которая занимается вскрытием и расшифровкой смартфонов.

«Разумеется, это незаконно, такими вещами должны заниматься сторонние и приглашенные специалисты, а не те, кто приписан к СК и не может быть независимым априори, но пока все так», — говорит адвокат Александр Железников.

По его словам, они будут искать в телефонах ответы на вопросы, поставленные следователем, в известность об этих вопросах должен быть поставлен и человек, чей телефон изъят. Скорее всего, их будут интересовать фотографии, переписки, список контактов, уверен адвокат.

— Если у человека был изъят мобильный телефон, то не обязательно он будет привлечен к делу как обвиняемый или подозреваемый.

Но километры видео, которые наснимали владельцы телефонов, точно будут отсмотрены и приобщены к делу. По ним уже будут искать нарушителей.

Поэтому, вероятно, с телефонами стоит попрощаться и ждать звонка от следователя из СК.

У Здольникова есть еще пара рекомендаций, которые стоит выполнить, если у вас уже изъяли гаджет: и для Android, и для iOS есть дистанционное удаление всех данных, которое можно осуществить, зайдя в учетные записи Google и Apple.

«Ну и последнее, что надо сделать обязательно, — это пойти в офис своего оператора и перевыпустить сим-карту, иначе у правоохранителей будет возможность запросить ваши пароли. Сделать это следует не позднее чем через сутки после задержания», — рекомендует Здольников.

«Лучше снести со смартфона все, если он остался у следователей, очень ценны фотографии с отпуска, конечно, но сохранять их ценой возбуждения уголовного дела точно не стоит», — говорит эксперт.

Ни один из собеседников «Новой газеты», которые были задержаны 3 августа и у кого изъяли телефоны в рамках уголовного дела о массовых беспорядках 27 июля, не был на мероприятиях неделей раньше и потому неясно, свидетелями чему они могут быть в рамках расследования.

Источник: https://novayagazeta.ru/articles/2019/08/06/81504-snesite-vse-fayly-zaranee

Зуев С.В. Осмотр и изъятие электронных носителей информации при проведении следственных действий и оперативно-розыскных мероприятий // Законность. 2018. № 4. C. 58-60

Ввод пароля от телефона в случае его изъятия при обыске
Широкое применение компьютерных технологий при совершении преступлений вызывает ответную реакцию со стороны правоохранительных органов в их деятельности по раскрытию и расследованию преступлений.

Процессуальный порядок обращения с электронными (цифровыми) доказательствами, зачастую требует использования специальных знаний и навыков, а потому участие специалиста становится необходимым не только при расследовании компьютерных преступлений, но и при работе по сбору доказательств по другим видам правонарушений.

Работа с электронными носителями информации при проведении следственных действий и оперативно-розыскных мероприятий требует строгой регламентации в законе. Анализ уголовных дел свидетельствует о том, что на законодательном уровне решены далеко не все проблемные вопросы.

На это указывают как многочисленные апелляционные и кассационные жалобы адвокатов по уголовным делам, так и неоднозначная практика принятия судебных решений. Обозначим некоторые из них.

Участие специалиста при осмотре и изъятии электронных носителей информации.

Согласно ч. 3.1 ст. 182 и ч. 3.1 ст. 183 УПК РФ при изъятии носителей электронной информации участие специалиста обязательно, что вполне корреспондирует с общими положениями закона. В соответствии с ч. 1 ст.

59 УПК РФ в случае применения технических средств в исследовании материалов уголовного дела к участию в процессуальных действиях привлекается специалист.

Это означает, что изъятие в ходе производства обыска или выемки электронных носителей без участия специалиста будет считаться нарушением требований УПК РФ, то есть эти доказательства согласно п. 3 ч. 2 ст. 75 УПК РФ, будут признаны недопустимыми.

https://www.youtube.com/watch?v=E3-wd9bSk9g

Здесь хочется привести пример, когда участие специалиста вполне оправданно в силу сложности предмета, попавшего в поле зрения следователя.

Так, например, привлеченный к осмотру электронных систем навигации специалист Ф., являющийся начальником от дела информационных технологий и связи, защиты информации по г.

Магнитогорску, пояснил, что установленные на автомобилях системы GPS и ГЛОНАСС путем подключения к спутнику определяют координаты места нахождения и передают их в диспетчерский центр, где можно визуально наблюдать маршрут движения транспортного средства, скорость, места и продолжительность остановок.

При возникновении неточностей может отображаться движение автомобиля не по дороге, а по домам. В случае ввода координат с навигатора, приложение будет настроено, отражаются запросы о вводе градусов, минут и секунд.

В случае ввода координат с клавиатуры компьютера обязательно нужно преобразовывать их с помощью алгоритмов и формул, широта и долгота будут состоять из двух частей, при необходимости требуется дополнительное введение символов[1].

Вместе с тем многим ученым и правоприменителям становится совершенно ясно, что отсутствует техническая необходимость привлекать специалиста для изъятия, к примеру, мобильного телефона, цифрового фотоаппарата, mp3-плеера, хотя по закону это считается обязательным.

Представляется, что в данном случае надо шире использовать институт усмотрения следователя, который вправе самостоятельно определять ход расследования (п. 3 ч. 2 ст. 38 УПК РФ). В связи с этим считаем необходимым поддержать предложение А.Р. Гузина и Ю.М. Валиевой о том, что ч. 9.1 ст. 182 и ч. 3.1 ст.   183 УПК РФ следует дополнить фразой «Допускается изъятие электронных носителей информации без участия специалиста, если электронные носители информации изымаются целиком и изъятие производится без копирования содержащейся на них информации»[2].

Законность ограничения конституционных прав при осмотре мобильных телефонов.

Спорным вопросом в теории и на практике остается осмотр мобильного телефона.По УПК РФ судебного решения для этого не требуется (ст.ст. 176, 177), однако на практике адвокаты подают жалобы, обращая внимание на права подзащитного и проводя аналогию с конституционными правами по защите телефонных и телеграфных сообщений. Как на это реагируют суды. Рассмотрим пример.

Сторона защиты обратилась с апелляционной жалобой о нарушении органами предварительного расследова­ния законодательства, связанного с осмотром телефонов, изъятых у осуж­денного, и, как следствие, о недопустимости соответствующих доказательств.

Суд отказал в удовлетворении жалобы, так как доводы о нарушении закона адвокат связывает с невыполнением орга­нами следствия предписаний ст.ст. 186, 186.1 УПК РФ, которые, по мнению адвоката, требуют для производства осмотра телефона, изъятого у осужден­ного, судебное решение.

Однако УПК РФ не предусматривает необходимо­сти вынесения такого решения для осмотра изъятых в рамках расследуемого уголовного дела сотовых телефонов . Ссылка адвоката на ст.ст. 186, 186.

1 УПК РФ в данной части несостоятельна, поскольку по смыслу положений этих статей УПК РФ ими регламентированы вопросы получения судебных разрешений на осуществление в реальном времени контроля и записи теле­фонных или иных переговоров, а также на истребование информации о со­единениях между абонентами или абонентскими устройствами посредством направления запроса в соответствующую осуществляющую услуги связи ор­ганизацию. Такие следственные мероприятия в рамках уголовного дела не проводились, соответственно, решения суда не требовалось. Описанный в протоколе осмотра предметов способ получения инфор­мации о сообщениях, связанный с помещением в телефон для обеспечения его функционирования пустой карты-СИМ, не свидетельствует о каком-либо нарушении закона, поскольку этим способом осуществлен фактический дос­туп к информации телефона в ходе осмотра[3].

В зарубежных странах это вопрос решается по-разному. Чаще это рассматривается не как осмотр, а как обыск. Приведем несколько примеров.

По делу People v. Riley (2013) автомобиль подсудимого задержала полиция, был про изведен обыск, причиной которого стали просроченные водительские права. В автомобиле были обнаружены заряженные пистолеты. Подсудимого арестовали, а его смартфон был изъят. Вдобавок к иным признакам принадлежности к банде «Бладс» (Bloods), полицейский нашел соответствующую информацию в его сотовом телефоне.

Два часа спустя другой полицейский обнаружил в телефоне множество фото и видео, которые стали впоследствии доказательствами при вынесении приговора по иным преступлениям, связанным с участием в банде.

Апелляционный суд штата подтвердил, что обыск сотового телефона без ордера разрешен, если он производится в ходе законного ареста, при условии, что телефон «непосредственно связан» с арестованным.

Верховный суд США занял в этом вопросе более жесткую позицию. Так, в 2014 году по делам Riley v. California и United States v. Wurie признал неконституционным обыск сотового телефона без ордера, даже если обыск осуществляется в ходе законного ареста.

 Однако, по мнению суда, обыск сотового телефона без ордера может быть признан допустимым при наличии чрезвычайных обстоятельств.

Например: а) если подозреваемый, по всей видимости, посылает сообщения соучастнику о необходимости привести в действие взрывное устройство; б) если телефон, вероятно, содержит информацию о месте нахождения похищенного ребенка[4].

В связи с неоднозначной правовой оценкой действий, связанных с осмотром мобильных телефонов, представляется необходимым в УПК РФ определить основания ограничения конституционных прав физических лиц в конкретных случаях.

Распространение требований УПК к порядку проведения оперативно-розыскных мероприятий.

Очень часто адвокаты указывают на схожесть регулирования отношений в оперативно-розыскной и уголовно-процессуальной деятельности. Казалось бы, существует очевидная разница: два разных основополагающих закона (Федеральный закон «Об оперативно-розыскной деятельности» и УПК РФ), разный режим правового регулирования, разные цели и задачи. Однако на практике все выглядит иначе.

Так, например, на приговор Кыштымского городского суда Челябинской области сторона защиты подала жалобу, в которой указала на то, что обследование помещения при участии представителей общественности проведено с нарушением уголовно-процессуального законодательства и закона «Об оперативно-розыскной деятельности», на что суд апелляционной инстанции ответил тем, что по смыслу закона, для удостоверения хода обследования жилища и результатов проведенного в процессе обследования изъятия к участию привлекаются с их согласия не менее двух дееспособных граждан, достигших возраста восемнадцати лет, не заинтересованных в результатах изъятия. Указанные требования закона сотрудниками правоохранительных органов нарушены не были. Довод осужденного об обязательном участии в процессе обследования жилища специалиста в случае изъятия информации, содержащейся на электронных носителях, также не может быть признан состоятельным, поскольку закон не требует обязательного участия специалиста при изъятии подобных предметов[5].

Все это свидетельствует с одной стороны на отсутствие единого представления у сторон и суда о ходе проведения оперативно-розыскных мероприятий, а также порядка использования их результатов в доказывании по уголовным делам. С другой стороны просматривается тенденция к стиранию границ между уголовно-процессуальными и оперативно-розыскными способами получения доказательственной информации.

Подводя итог, хочется заметить, что вопросы, связанны с порядком обращения с электронными носителями информации при проведении следственных действий и оперативно-розыскных мероприятий требует большего внимания со стороны законодателя. Отсутствие подробной регламентации влечет недопонимание сторон и противоречивую практику.

С. ЗУЕВ,

заведующий кафедрой

правоохранительной деятельности

и национальной безопасности

Южно-Уральского государственного

университета (НИУ),

доктор юридических наук

»

Источник: https://www.iuaj.net/node/2452

Всё о кредитах
Добавить комментарий